- Да-а, - довольно протянула она - я правильно Вас понял. Жаль только исполнение Вы уже не увидите, ведь оно наступит только после Вашей кончины. Кстати о ней...
Старик достал свои серебряные часы, и, открыв их, продолжил:
- А времени до полуночи осталось меньше минуты. Самое время завершить то, что было когда-то остановлено.
Он выпрямился и встал напротив короля.
- Закройте глаза, Ваше Величество, это будет быстро. - всё тем же спокойным голосом произнёс он.
Альхорд сделал так, как было сказано, но не успел он хоть как-нибудь приготовиться, как вдруг погрузился в приятную, бесконечную тьму. Его обмякшее тело растянулось на троне, а рот расплылся в еле заметной блаженной улыбке.
Старый ворон, сидевший на спинке трона, довольно каркнул, и, вспархнув, сел на плечо хозяина. Старик, завершив работу, довольно кивнул самому себе. Резко развернувшись, он, звонко постукивая тростью, захромал через зал и толпу к выходу. Все, кто был у него на пути, с ужасом раступались, давая ему дорогу. Дойдя до дверей, он, остановившись, вновь повернулся и поклонившись, с улыбкой простился:
- До скорых встреч, господа и дамы.
И, не дожидаясь ответа, вышел. Немного придя в себя, гости тревожно зашептались и начали в полном молчании быстро уходить. Зал быстро опустел.
- Командир, унесите тело его величества. - массируя виски, раздражённым тоном приказал канцлер.
- Тело похоронить на семейном кладбище, милорд?
- Нет, пока просто уберите его отсюда.
- Слушаюсь. - отчеканил командир - Эй, вы двое, вынесете тело его величества! - приказал он двум гвардейцам.
Тело короля было вынесено. По приказу в зале остался только один канцлер. Глубоко задумавшись, он сидел на королевском троне.
Глава V
На следующий день народу сообщили о печальной кончине короля. Был объявлен траур. Тело Альхорда было с почестями похоронено на фамильном кладбище. Встал вопрос о наследнике.
- Никто кроме вас не может занять трон. Ваши замечательные качества на голову превосходят почившего правителя. - уговаривали канцлера знатные льстецы.
- А как же поддержка? Если я сяду на трон, то могут пойти недовольства со всех сторон. Я не могу так рисковать. - отказывался он.
- Не беспокойтесь, вас поддерживают почти все влиятельные люди королевства, а этого уже достаточно, чтобы взойти на престол. - не унимались льстецы.
- Но... Хорошо. Пусть будет по вашему. Если меня поддержат - я стану королём. - сдался канцлер.
Заручившись поддержкой влиятельных представителей знати и армии, было быстро подделано завещание, благодаря которому он становился полноправным наследником престола. Вскоре его торжественно короновали. Но не успел он привыкнуть к новой жизни, как королевство вновь охватила, как и двести лет назад, чума.
В то время, как в стране царствовали чума и смерть, королевский дворец закрыл свои ворота, не впуская и не выпуская никого, укрыв за ними новоиспечённого короля и его свиту. Знать, не смотря на весь ужас за стенами, устроила настоящий, пышный пир во время чумы. Это должен был быть настоящий бал-маскарад. Для него приготовили великолепные закуски и костюмы. Вечером, когда весь дворец собрался в бальном зале, начались танцы. И всё было хорошо, пока во время веселья, один из придворных замертво не рухнул на каменный пол. Сняв маску, обнаружили, что пожилой мужчина был заражён. Раздались крики дам и встревоженные шёпоты их мужей. Поднялась безумная паника, которую даже король не смог остановить.
Уже вскоре дворец наполнился жуткими стонами и душераздирающими криками больных, чьи мученья, эхом разносились по опустевшим каменным коридорам. Король не остался в стороне. Он, как и многие, был прикован к своему ложе, где за ним ухаживали двое служанок, что даже перед своим неминуемым концом, ни на шаг не отходили от своего господина, пока он, в какой-то момент, не обнаружил их бренные тела на полу. Из-за овладевшей им паникой он начал звать на помощь, так громко как мог, но никто так и не пришёл. От дикой усталости и отчаяния он благополучно отключился, погрузившись в приятные объятия забвения. В сознание его вернул, раздавшийся рядом, гордый, гортанный "Кар". Открыв глаза, он увидел сидящего у себя на животе уже знакомого ему старого ворона, а в некотором расстоянии от своего ложа, столь знакомого ему старика, который своей тростью переворачивал обезображенное тело одной из служанок. Перевернув труп, он недовольно цокнул языком, и подняв свой взгляд на короля, с улыбкой произнёс: