– Он всегда такой, – отмахнулась Надя. – Да и чему радоваться? Мы вот-вот должны будем отдать банку…
– Как только появится Ивлев, – перебил ее мужчина, – вы сразу получите обещанную сумму. Кроме того, деньги, которые привезет господин Ивлев, достанутся вам, – добавил он. – Поэтому нет повода для переживаний.
– Спасибо вам, – вздохнула Надежда.
– Извините, – заговорила сидевшая женщина, – а сына действительно зовут Иван?
– Нет, конечно, – усмехнулась Надя. – Моего сына…
– А вы умная! – рассмеялась она. – Знаешь, Шульц, – по-немецки сказала женщина, – я с удовольствием прикончу эту жадную шлюху.
– Я понимаю тебя, Марта, – кивнул он.
– А о чем вы там говорите? – подозрительно спросила Надежда.
– Просто восхищаемся вашим умом, – ответила Марта.
Россия, Тамбовская область, Рассказово
– Да, надо ехать, – кивнул, открывая бутылку пива, крепкий худощавый мужчина лет сорока пяти. – Конечно, Надька стерва, уехала в Литву, к этим фашистским прихвостням. Но мужик у нее вроде как ничего. Хотя, собственно, я его и видел-то один раз. Даже имени не помню.
– А по-моему, Ванька, – тоже взяв бутылку «Жигулевского», качнул головой лысоватый детина примерно такого же возраста, – зря ты это затеял. Не просто так она тебя в Литву зовет. Ты же говорил, что вроде как тебя какая-то немчура искать может.
– Да я тут подумал, – сказал Иван, – не немцы Зудина взорвали, а кто, не знаю, понять не могу. За что его? Тут как раз жена и сын… – опустив голову, вздохнул он. – И ни до чего мне стало. И плевать было, найдут или нет. Слышал про камни бессмертия?
– А это что еще за хренотень такая? – удивленно спросил детина.
– Просто алмазы так называют, – отпив пива, объяснил Иван. – Семь штук их. Какой-то святой, или что-то наподобие, вроде как их в Персии в реку какую-то бросил. По крайней мере так говорят. А они, камушки эти, алмазы, разноцветные. Переливаются при освещении разными цветами. Дорогие очень. Ну и вроде как все семь камушков могут дать человеку бессмертие. Я тоже, конечно, не верю в эти дела, но в Монголии одна лаборантка профессора, который нашел камень, была серьезно больна. Простыла вроде сильно. Ну и что-то там с камушком этим делала. Анализ или еще что-то, но болезнь как рукой сняло, – добавил он. – И это не сказка, а действительно так и было. И я этот алмаз в руках держал. И человека, точнее, нескольких, из-за него пристрелили. Собственно, если не мы бы их, то бы нас положили. А тот, кто все это задумал, с нас бы деньги получил, а алмаз отвез хозяину. Не знаю его, – пояснил он. – Меня просто за деньги наняли. Помнишь Отто Тормана?
– Койота? – усмехнулся детина. – Да как не помнить? Тот еще отморозок!
– Вот я его и пристрелил там, в Монголии, – сказал Иван.
– Погодь, Ванька, когда ты его, говоришь, пристрелил?
– В конце ноября, – ответил Иван. – А потом…
– Так я его в середине декабря в Ярославле видел, – сказал Григорьев и глотнул пива.
– Что?! – замер Иван. – Кого ты видел?
– Тормана, Отто Тормана, Койота.
– Погоди, – поставил бутылку Иван. – Но ведь…
– Точно тебе говорю, – заверил его детина. – Был с какой-то бабой, Бета или Бита…
– Беата? – вытаращил на него глаза Иван.
– Точно, – весело подтвердил тот, – Беата.
– Твою немецкую мать, – пробормотал Иван. – Значит, выжил немчура. И что он?
– Да ничего, привет, говорит, вот летим в Японию через Россию. И с бабой своей познакомил. Он-то по-нашему более-менее понятно лопочет, а она почти…
– Вот это дела! – все еще не верил Иван. – Вот это номер, чтоб я помер, как говорил один мой знакомый. Значит, он в Монголии в двух местах трупы оставил, – догадался Иван. – Собственно, у меня, когда узнал о трупах, мысль появилась, что жив Койот. А он, значит, действительно живой, – усмехнулся он. – А ведь Койот мстительный, сукин сын, – добавил он, – и запросто может меня искать, хотя зачем я ему? Только вот Надька как-то неожиданно позвонила, – пробормотал он. – Так, – решительно сказал он, – вот что, Григорьев, с алкоголем завязываем. Объявляется военное положение. – Он серьезно взглянул на приятеля. – У тебя есть толковые знакомые?
– Нет таких, – качнул головой тот. – Вообще-то я сам толковый, – усмехнулся он. – Если надо скататься в Литву, я запросто. И все выясню. Я так понял, что ты задумался, не хочет ли твоя сестренка тебя продать? Ты с ней общался год назад, – напомнил он. – А откуда она номер телефона твоего знает?
– Звонил я, – объяснил Иван. – И номер, наверное, говорил. Или у нее, может…
– Короче, Ивлев, когда и куда ехать? – перебил его Григорьев.