– Койот в Лондоне, – вошел в кабинет Фишке. – Вот! – Он положил на стол лондонскую газету «Таймс». Гейдрих подвинул ее к себе.
– Вот, значит, куда они уехали. Прочитай, – передал он газету Берте.
– …Марк Бюркер, – продолжал инспектор полиции, – застрелен снайпером. До этого найдено тело его отца с осколочными ранениями. Все это очень странно, – отметил он. – Если сын убит в своем доме в районе Блюгрена, то тело отца найдено в противоположном конце города, в парке Шлюссершаф. Чем же отец и сын Бюркеры так кому-то насолили?
– Никто из родственников и друзей этой семьи ничего сказать не может, – проговорил лейтенант полиции. – И…
– Знаю, – буркнул инспектор, откинувшись на спинку кресла, – а тут еще в Лондон надо кого-то послать. Беата фон Доринг покончила с собой, выбросившись из окна частной клиники. И перед этим, как утверждает Скотленд-Ярд, убила англичанку. Вот и отдохнул, – ворчливо добавил инспектор.
– Значит, Ева вполне могла видеть Беату. Вот что, – посмотрел Гейдрих на Фишке. – Выясни, кто убитая и где и кем работала.
– Я уверен, Адмирал, – проговорил Ганс, – что убитая работала у кого-то из Уильямсов или она родственница кого-то из работающих на эту семью.
– А ты прав, черт возьми, – кивнул Вилли, – я сейчас подумал как раз об этом. Значит, Койот вышел на охоту. И теперь он не успокоится, пока не уничтожит всю семью Уильямсов и не заберет алмаз. Хотя тут невольно возникает вопрос, – добавил он, – что для нас важнее: алмаз или месть за убитую?
– А почему вы, дядя, думаете, что Беату убили? – непонимающе спросила Берта. – Ведь она…
– А это написано тут, – прижал ладонью газету Гейдрих. – Беата пришла к доктору после ранения. Возникает вопрос: как она могла попасть к нему, если в Лондоне была только дважды, довольно короткое время, и доктора знать просто не могла? Кроме того, – продолжил он, – убийство англичанки, которую нашли с ножом в сердце и отпечатками Беаты, совершено в районе Эджуре, в отеле, а клиника этого чертова доктора находится в Чегуэле. Дайте план Лондона, – приказал он.
Ганс встал, взял карту и расстелил ее на столе.
– Вот и посмотрим.
Все склонились над картой-планом. Гейдрих начал набивать табаком трубку.
– Убедились? – усмехнулся он. – Я неплохо знаю Лондон, – пояснил он удивленно смотревшей на него Берте. – И по-английски немного говорю, а читать не умею. Так что Беата просто физически не могла добраться до клиники этого доктора. Ее туда привезли, и она выбросилась в окно. Ее подставили, – уверенно проговорил он, – а не убили только потому, что там на чем-то засветился Койот, и англичанам, скорее всего семье Уильямс, хотелось узнать, кто ее напарник. Но она им этого удовольствия не доставила. Может, было немного по-другому, но суть та же, – уверенно заявил он.
– Похоже, что именно так все и было, – пробормотал Фишке.
– Отправить человека в Лондон немедленно, – приказал Гейдрих. – Найти этого доктора и узнать правду. И кстати, проверьте еще гнездо Уильямсов, – усмехнулся он. – Не было ли там в этот день чего-то необычного? Кстати, где они живут? – спросил он.
– В Ричмонде, – ответил Ганс. – Элитный район, можно сказать.
– Там и выясните, – кивнул Гейдрих. – И кто из родных Беаты в Берлине? – Он вопросительно посмотрел на Фишке.
– Она сирота, – ответил тот, – кроме Койота, у нее никого не было.
– Собственно, как и у Тормана, – пробормотал Вилли.
Франция, Лион
– Ты прав, – недовольно признал Джим, – не так просто подобраться к этой чертовой кукле. А она, кстати, выглядит очень даже ничего, – подмигнул он Куи. – И не подумаешь, что у нее взрослая дочь.
– Ну и оценка у тебя! – усмехнулся тот. – Не забывай, что она в данное время объект, то есть противник номер один. И помни правило: в противнике нужно отметать…
– …ум, силу и способность размышлять, – закончил Джим. – Но это не к нам, там за безопасность отвечает Эндрю Фуш. Мой знакомый, – криво улыбнулся он, – и мне хотелось бы поговорить с ним наедине. Кстати, Эндрю я даже сочувствую, – заметил он. – Есть человек, которого не остановят ни охрана, ни полиция, и если Эндрю забыл о нем, то он ему обязательно напомнит. Многие, и я в том числе, думали, что он мертв, погиб, но он жив. Собственно, я не думаю, что он охотится за алмазами, – добавил Джим, – и поэтому не выйдет на Лео де Брожака. Интересно, знает ли о его прошлом мадам Инель Леберти? Например, я просто, как говорят, глазам своим не поверил, когда его увидел. Разумеется, он изменился, но не настолько, чтобы его нельзя было узнать.