— Значит, для вас человеческая жизнь ничего не стоит?
— Как тебе объяснить... Ты ведь в деревне вырос? Морковку когда-нибудь полол? Или редиску? Когда растения ещё маленькие, растут густо и друг другу мешают. Глушат друг друга. Это то, чем постоянно занимаются человеческие существа, — они глушат друг друга.
— Это я по себе чувствую. Но всё-таки морковку было жаль.
— И ты проливал слезы над каждой?
— Нет, конечно. Но было жалко каждую. Я их старался съесть. Чтобы ни одна не пропала.
— Молодец, — с иронией произнес Лесник. — Это по-нашему. А теперь вспомни нашего друга-бомжа.
— Всё время о нем вспоминаю.
— Мне его, конечно, по-человечески жаль. Но не более чем. Я утешаю себя — и тебя — тем, что эта морковка зря не пропала. Принесла напоследок хоть какую-то пользу.
Большаков ничего не ответил. Попив чай, закрыл термос, встал и, разминаясь, начал в задумчивости утаптывать снег возле своего бревнышка.
— А что будет, если я не пройду тестирование? — спросил он через минуту. — Что означало ваше: «тогда уж извини»? Меня ждет насильственная смерть?
— Только в том случае, если ты потеряешь контроль над собой и будешь приставать ко мне с просьбой проэкзаменовать ещё раз. Были такие кандидаты. Не у всех хватает душевных сил выдержать провал. Человек уже настроился, выпил эликсир первой формулы, изучил всё, что полагается, — и вдруг такой облом! Всякое случалось. А если сам дергаться не начнешь, всё останется по-прежнему. Зачем корнеплоду пропадать? Меня вполне устроит — за неимением лучшего, конечно, — если сотрудник ГРАСа Илья Большаков будет время от времени помогать мне сознательно. Понимая, что наши интересы совпадают. В том случае, когда они будут совпадать. Но вообще-то, конечно, будет очень обидно.
— У меня был один знакомый, — усмехнулся Илья. — Еврей по национальности. Так вот, когда после долгих и напряженных деловых переговоров ему не удавалось прийти к соглашению, он говорил собеседнику так культурненько, вежливо: «Очень жаль». Но звучало это как «а пошел ты на х...!»
— Представляю себе интонацию, — Лесник тоже улыбнулся. — Ну да, в общем, примерно то же самое.
«А Бессмертные владеют телепатией?» — вдруг спросил у него Большаков. Но спросил не вслух, а мысленно.
Лесник внимательно посмотрел на него, и в сознании Ильи — не в виде букв или вслух произнесенных слов, а в виде своих уже расшифрованных значений — возникли слова: «Ты что-то спросил у меня? Повтори ещё раз. Я снял экран, теперь я могу тебя слышать».
— Вы уже ответили на мой вопрос, — вслух пробормотал Большаков.
— Всё правильно. Мы можем читать мысли при желании, но большую часть времени отгораживаемся экраном. Он поглощает волны, мы не слышим окружающих, они не слышат нас. Кому-кому, а тебе не нужно объяснять, зачем это делается.
— Ещё бы! Я вам завидую. Ради одного этого стоило бы согласиться.
— Тебе нужно научиться экранировать сознание в любом случае, без всякого бессмертия. Долго ты не сможешь скрывать мысли от Ирины, ваших фокусов с револьверной структурой сознания хватит ещё от силы на неделю. Ну, максимум две. Тебе нужно уйти в отпуск. Поедешь на свою малую родину, там и потренируешься. Ты парень сообразительный, врубишься быстро. Кстати, со временем вы с Ириной этому и сами научились бы, но до тех пор, боюсь, оба станете законченными психопатами. Да и тайну Бессмертных ты должен сохранить. Денёк продержишься, а завтра Борисов тебе предложит отдохнуть.
— Кстати, о Борисове. Вы так уверенно говорите о его планах, словно он тоже в вашей организации. Иначе как...
Лесник понимающе кивнул, останавливая его.
— Как я узнал о его планах, если его сознание непрозрачно для сканирования? Не Бессмертный ли он, судя по этому признаку? А также как я узнал, что опустившийся алкоголик Федор Мокеев 20 января 2000 года погибнет в дорожно-транспортном происшествии? Или погиб? Нет, всё-таки по-русски надо говорить: погибнет, у нас нет формы «будущее в прошедшем». Черт, все время путаюсь, да ещё языковые нормы так быстро меняются, не успеваю отслеживать... А как я смог угадать, что если я в 1994 году спасу пьяную наркоманку от верной гибели, то в 1999-м она окажется способной воспринять язык болотников и научить ему Илью Большакова — моего кандидата номер один в Бессмертные? И тем самым помочь ему освоить искусство психического контакта? — Он помолчал, отпил ещё чая и продолжал: — Могу ответить только на некоторые вопросы. Борисов — не Бессмертный. Экранированная психика досталась ему по наследству от предков. Такие случаи очень редко, но бывают. Телепатией мы пользуемся не часто и при планировании своих операций на неё не полагаемся. ещё раз повторюсь: человек — существо неожиданное. Какой прок знать, о чем думает, чего хочет и даже что намеревается делать, к примеру, Ирина Рубцова? Если в следующий момент она захочет другое, думать будет о третьем, а сделает что-нибудь совершенно четвертое? Ты улыбаешься, Юпитер, значит, я прав. А между тем Рубцова мой скальпель, мой точнейший, ювелирный инструмент. Я горжусь, что вырастил такой овощ на своей грядке. Если я не ошибаюсь, Ларькин рассказывал вам, что поведением человека управляют по очереди разные центры мозга?