— Ну вроде как да, — тщетно пыталась вспомнить она.
— Вот и славно!
Эмили осмотрелась, все было таким же. Солнце светило также ярко, птицы щебетали в саду, садовник стриг газон, а виноградная лоза так же прикрывала окно веранды. Но что-то поменялось в ее восприятии. Она пока не понимала что именно, но дурное настроение из-за признания Перси просто исчезло. Девушка даже не думала об их разговоре. Все ее мысли занимал Джон. Эми нужно было обдумать и пересмотреть свои взгляды на ситуацию с ним. И Перси, понимая это, молча наливал им новую порцию чая.
Легкие нежные лучики утреннего солнца ласково целовали бледное лицо и веснушки Джона. Козырек морщил нос и и тер глаза. Весенний ветерок легонько колыхал занавески спальной в гостевом крыле, где их расположил Грин.
Шелби поморгал, чтоб окончательно стереть пелену сна с глаз. Мужчина поднялся на локтях, осматриваясь. Он плохо помнил события вчерашнего вечера. Сон был крепким и глубоким, что не сразу дало сознанию вытянуть воспоминания.
Козырек посмотрел на пустующее место рядом с ним. Стало немного тоскливо и Джон опустил взгляд.
Гангстер поднялся с постели, выглянул в окно, посмотрел на часы и наконец осмотрел комнату.
Она была просторной с высоченными потолками. Мебель и интерьер в целом был в молочных тонах, кое где украшенный серебряными вставками, что были замысловатыми и состояли из множества переплетенных узоров.
Шелби чувствовал себя важной персоной, раз его расположили в таких хоромах. Цыган прошел в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок прежде, чем он отправится в комнату Эмили.
Войдя в мраморную ванную, мужчина замер. На полочках стояли такие знакомые ему баночки и флакончики. У зеркала лежал гребень для волос, а на вешалке забытое женское белье.
Козырек заулыбался. Приведя себя в порядок, он вернулся в комнату. Натягивая брюки, Джон присел на край кровати, заметив на подушке длинный рыжий волос.
Цыган провел рукой по подушке, пытаясь вспомнить события вчерашнего вечера. Эмили ночевала с ним в одной постели, она не в другой спальной, а здесь с ним. Шелби не пытался контролировать улыбку на лице.
Но всплывшие воспоминания неприятными обрывками освежили память. События вчерашнего вечера, что так ужасали мужчину, наконец вышли наружу.
Джон округлил глаза, когда вспомнил о всех тех странностях, что видел тут. Его мозг сопоставил это с отсутствием Эмили в спальной и цыгана это сильно взволновало.
Мужчина подскочил с кровати, боясь представить, что с ней могло здесь произойти. У него было много вопросов, и первым из них был «куда она ушла без него?». Попутно накидывая рубашку, козырек уже оказался в коридоре. Спеша на поиски любимой, Джон даже не подумал о том, чтоб ее застегнуть.
— Эмили, — звал он ее в пустых коридорах.
Шелби миновал несколько проходных комнат, разнервничавшись не на шутку. Он повторял ее имя снова и снова, надеясь услышать ответ.
Наконец, заметив выход на веранду из очередной проходной комнаты, гангстер решил проверить.
На уютном балкончике первого этажа, Джон заметил два кресла, в одном из которых лежал плед. На кофейном столике была посуда, недоеденные сладости и сигареты, что курила близняшка.
Шелби удивило, что за время поисков он не встретил ни одну служанку или дворецкого.
Погода была солнечной, а воздух слегка прохладным, они и не подсказали мужчине, что стоило бы одеться теплее, или хотя бы рубашку застегнуть. На это не было времени, цыган нервничал из-за отсутствия девушки и его неосведомленности о ее положении.
Выйдя на улицу, Джон продолжал громко произносить такое родное имя. Но тишина была ему ответом.
Прислушиваясь к звукам природы, ему показалось что вдалеке он слышал голоса. Полагаясь на слух и интуицию, козырек последовал к источнику звука.
Сазерленд стояла у открытого вольера с тигром, в котором Персиваль сидел рядом с животным и почесывал ему спину.
Джон не знал о чем они говорят, но такой расклад его пугал. Вчера здесь творилась оргия и какое-то безумство, а сейчас он подвергает ее опасности.
Шелби перешел с быстрого шага на бег. Он радовался, что наконец нашел ее и злился, что она ушла, его не разбудив, и еще сейчас рискует.
— Эми, — прокричал гангстер, наконец поравнявшись с ней.
Девушка обернулась на звук своего имени. Улыбка сползла с ее лица. Она видела Джона таким серьезным и злым впервые. Ее медные локоны колыхались от дуновений ветра, задевая своими концами ремень на брюках. Близняшка была слишком легко одета для такой погоды. Девушка и сказать ничего не успела, когда Джон сильно прижал ее к себе, чуть не сбив с ног.
— Господи Эми, где ты была? — тараторил он, прижимая ее голову к своей груди.
Сазерленд попыталась ему объяснить, но тот уже не слушал.
— Ты что со мной сделал? — крикнул он на Перси. — Какого черта вообще происходит? Ты в порядке? Он трогал тебя?
Перси не реагировал на его возмущения, тиская животное. Он понимал его реакцию и знал, что Эми все решит сама.
— Джон пожалуйста успокойся, — серьезно обратилась близняшка. — Я все тебе объясню.
— Эми пойдем, — волок он ее за руку ко входу в гостевое крыло. — Собираемся и уезжаем, к черту этого извращенца. Я даже не помню, как он меня вырубил. В пекло все, решим вопрос по-другому.
Ведомая им, девушка не успевала за его быстрыми и широкими шагами.
— Джон, — громче обычного позвала его Эми. — Дай мне объяснить тебе.
Он остановился только у входа, где Эми и Перси пили чай до этого.
Сазерленд взяла его руку в свои ладошки. Этот жест не успокоил козырька, но его возбуждение приняло иную форму.
— Меня никто не обижал, — начала она очень спокойно и по слогам. — Перси психиатр, он просто ввел тебя в гипноз, чтоб успокоить твои нервы, а ты уснул.
Близняшка заботливо застегивала на нем рубашку. Пуговицу за пуговицей ее пальчики поднимались снизу вверх.
— Я проспала всю ночь рядом с тобой, — продолжила она. — А утром не стала будить, ты так сладко спал.
Джон припал к ее губам, не желая сдерживать эмоции. Ее забота о нем лишь больше подогревала чувства.
Эмили отвечала на поцелуй, отпустив стеснение.
— Если ты успокоился, — улыбнулась Сазерленд. — То я наконец смогу рассказать тебе, о чем мы договорились с Перси.
— «Мы»? — вскинул брови Шелби.
— «Острые козырьки» и Персиваль Грин, — пояснила она.
— О чем же? — в его голосе было волнение.
— Вы будете отдавать двадцать процентов своего дохода Перси, но при этом получите возможность расширить бизнес, перенеся его в Лондон.
— Ты серьезно? — усмехнулся козырек.
— Абсолютно, — улыбалась она в ответ.
Улыбка постепенно отпустила его губы.
— Как ты сумела договориться? — его взгляд стал подозрительным.
— Ничего такого, о чем ты подумал, — рассмеялась рыжеволосая. — Перси гей. Просто старая дружба.
— Обожаю тебя, — гангстер так по-родному прижимал девушку к себе.
Эмили прижималась к его груди, ощущая безмятежность и бесконечную заботу. Ей не хотелось расставаться с этим волшебным чувством. Сазерленд даже не хотела думать о том, что им пора возвращаться в Бирмингем и все закончилось. Девушка только скучала по сестренке. Это было единственной причиной, по которой она хотела бы домой, не более.
А Джон хотел. Ему не терпелось обрадовать братьев хорошими новостями о положительном исходе дела. Но куда важнее, было перевезти Эмили в свой дом. Цыган уже все придумал и хотел скорее воплотить свой план.
В принципе день проходил неплохо. Шелби все же нашел общий язык с Перси, хотя правильнее было бы сказать, что Грин подобрал нужные слова, чтобы заговорить с Джоном.
Мужчины обсуждали детали сотрудничества, общие темы, связывающие их обстоятельства, и все в этом роде.
А Сазерленд наслаждалась приятными минутами на свежем воздухе в уединении с собой. Она бродила по саду, наблюдая как вдалеке Джон и Перси стреляют по мишеням. Думать о завтрашнем дне совсем не хотелось, ведь завтра они уже должны быть в Бирмингеме. А это значит, что ей придется вернуться в поместье Сазерлендов. Но в этом был и плюс, она наконец увидит Скай.