Через какое-то время злость, обжигающая и кипучая, высушила слёзы и вытолкнула меня из кровати. Сев на ней, я вытерла слёзы и недобро ухмыльнулась. Вот значит как? Ну, погоди у меня! И я заметалась по комнате, лелея планы коварной мести один креативнее другого.
Подсыпать Дирнуту в шампунь розовой краски? Или пургена в ткил? А может, пропитать каким-нибудь едким составом туалетную бумагу? Или довести до икоты, выскочив на него из-за угла в костюме Бабы-Яги? Или муравьёв в постель запустить? Нет, лучше наколдовать галлюциноген, типа ЛСД, с Земли и... О, да-а-а…Подсунуть эту пакость во время какого-нибудь официального приёма. А ещё нужно намертво заколотить дверь в его комнату, пока Правитель будет спать, предварительно забив канализационный слив какой-нибудь гадостью и бросив сверху пару пачек дрожжей... Или, например...
В тот момент, когда я, злобно хихикая, душила Дирнута пронзительно-розовой подушкой в жуткий коричнево-синий цветочек, кислород из комнаты неожиданно испарился, и тьма опустилась на мою несчастную голову.
Что-то непонятное и подвижное забивало рот и ноздри, лезло в распахнутые в судорожной попытке разглядеть хоть что-то глаза. В инстинктивной попытке содрать с лица копошащееся нечто, я вцепилась пальцами в студенисто-шерстистую массу, но она лишь плотнее прильнула к коже, а по ушам резанул странный шипящий то ли свист, то ли вой.
Я пыталась позвать на помощь, закричать, но звук тонул, словно иголка в толстом слое ваты.Ещё чуть-чуть, и попросту задохнусь! В последнем усилии я вскинула руки, и вдруг всё исчезло. Вернее, появилось. В том смысле, что вернулись зрение и способность дышать, а вот то, что едва не убило меня секунду назад, испарилось, как по мановению волшебной палочки.
Обессиленная и напуганная, я осела на пол, пытаясь отдышаться, и тупо уставилась на свои ладони. Точнее, на бурое нечто, свисающее с них. Видимо, с перепугу я умудрилась колдануть при пустом резерве. Получилось... это.
Даже не знаю, на что эта дрянь была похожа. Так, некая бурая субстанция мерзкого вида. Густая, тягучая, как сбежавшее дрожжевое тесто, но при этом скорее скользкая, чем липкая.
- Какая гадость ваша заливная рыба... - вяло прошептала я, брезгливо поморщившись.
Куда бы деть эту пакость? В канализацию нельзя - трубу забьёт, и плохо будет мне, а не Дирнуту. В окно - неприлично. В кувшин из-под ткила? Благо, напиток, отравленный сунтерой, вылил ещё Зармид.
Идея показалась здравой, но стоило мне подняться на ноги, как наколдованная пакость шевельнулась и покрылась мелкими беловатыми прыщиками. Прежде чем до меня дошло, что это - глазки, ноги сами собой переместили меня на кровать, а руки метнули гадское нечто куда подальше.
Так получилось, что "подальше" - это в сторону открывшейся в этот момент двери. И по закону подлостив дверях появился Дирнут. Как же иначе? Ну, почему я всегда умудряюсь вляпаться на ровном месте по самые уши?
Мало того, что вместо того чтобы лёжа в тёплой кроватке вызывать в Правителе чувство вины и жалости, я по этой самой кроватке скачу, как горная коза! Так ведь и вопреки моим уникальным анти снайперским способностям живая бурая субстанция нашла свою цель. Я даже почти не удивилась, когда ЭТО впечаталось в ошарашенное лицо тарухана. Только посетовала на своё офигительное везение.
В общем, пока Правитель, глухо карргахаясь, метался по комнате, пытаясь содрать моё случайное творение, я, перебралась от греха подальше на подоконник в дальнем конце комнаты и, подперев ладошкой подбородок, печально наблюдала за "танцем" Дирнута.
С одной стороны, я отомщена, но с другой... Ведь огребу по полной программе, как только он освободится от "подарочка". В том, что мужчине это удастся, я ни секунды не сомневалась, и оказалась права. В итоге Правитель умудрился не просто содрать, но и испарить так жадно льнущую к нему субстанцию.
Кажется, он хотел порвать меня на полсотни маленьких Ташек, но когда его пышущий праведным гневом взгляд встретился с созерцательно-меланхоличным моим...
- Ой, ну не пыхтите так яростно. Вы сами виноваты, - спокойно и слегка безучастно произнесла я, не делая ни малейшей попытки отодвинуться. - Стучаться нужно, когда в чужую комнату входите.