Как же ты мог так поступить со мной, отец?!
Выйдя из кабинета, я постоял в ближайшем коридоре, приходя в себя от свалившейся на мою голову проблемы. Не смотря ни на что, я не собирался исполнять приказ. Безумие, но это оказалось самым простым решением,в моей жизни решением.
На что рассчитывал отец, когда решился угрожать? Пройдя через сотни битв я уже не боюсь умирать. Да и что мне терять, кроме жизни? Власть? Трон? Уже много веков назад я понял: это не преимущество, а тяжёлый крест. Вот Ташу я и вправду боялся терять. До стона, до крика! Жаль, теперь иного не дано, так что…
Отец прекрасно справлялся с Харрутом до сих пор, а в случае нужды дед сможет принять бразды правления в свои руки, пока не найдётся достойный кандидат на место Правителя. Да и с возвращением на Шайдар магии у отца появится вполне реальный шанс обзавестись более покладистым наследником. Тем более Нарида, на сегодняшний день самая подходящая для брака и вынашивания потомства тарухана, не будет против кандидатуры отца в качестве мужа.
Как у самых молодых представителей расы, и единственных, появившихся за последнюю тысячу лет детей, у нас с ней сложились вполне доверительные взаимоотношения. Поэтому симпатия, питаемая ею по отношению к моему отцу, не стала для меня секретом. Конечно, Нарида ничего мне не рассказывала, но я слишком хорошо её знал.
Безусловно, перспектива лишиться руки и невозможность когда-либо вернуться в Харрут под страхом смерти угнетала, но до осуществления пророчества убивать меня не станут. Самим же хуже будет. А там попрошу убежища у Аторэля. Благо, с Повелителем дроу отношения у меня неплохие. Я столько раз вытаскивал его сына из различных неприятностей, что и не пересчитать.
Вероятное будущее не радовало радужными перспективами, я не сомневался в верности принятого решения. Пусть лучше так, чем снова заковать себя в тиски безэмоционального равнодушия, в которых я жил до сих пор. Думаю, у меня хватит магии и сил сдержать разрушительное действие печати Харташ-Элмане[4] до конца похода. Не хотелось бы пугать Наташу зрелищем сжигания конечности печатью. Да и боеспособность отряда в этом случае существенно снизится.
Ничего, завтра покопаюсь в библиотеке. Если дед поможет, наверняка удастся найти способ отсрочить кару. Руку я потеряю в любом случае, ведь снять печать невозможно в принципе, но отложить справедливое возмездие за неисполнение клятвы на время вполне возможно. Тем более с магией для активации соответствующего заклятия проблем не возникнет. В случае, если не хватит собственного резерва, основательно пополнившегося за время общения с Хранительницей, можно просто попросить её поделиться силой.
При воспоминании о наивном желтоглазом чуде на лице сама собой появилась грустная улыбка. Таша… Кажется, я ей нравлюсь. До сих пор не верится и, откровенно говоря, такого подарка я у Неба не заслужил. Но моё чудо живёт по одной ей ведомой логике. Может, и вправду, мне не чудится, что…
Впрочем, какая теперь разница? В лучшем случае, через несколько недель даже та хрупкая надежда на взаимность, что грела душу до сих пор, исчезнет окончательно. Кому нужен покалеченный изгнанник, проклятый отцом и преследуемый собственным народом? Мне очень повезёт, если хранительница позволит просто сопровождать её. Ну, что ж… Это невысокая плата за возможность хотя бы недолго чувствовать, любить и жить.
Я усмехнулся собственной глупости и остановился у двери, ведущей в Наташину комнату. Пока ещё у меня есть немного времени, чтобы насладиться иллюзией счастья рядом с любимой. Правда, теперь между нами появилась ещё одна невидимая грань, переступить которую я уже не смогу. Совесть не позволит.
Из-за двери донёсся счастливый смех, и я распахнул дверь, чтобы окунуться в чужую беззаботную радость, раз уж своей у меня не осталось. Вид дружно хохочущей разношёрстной компании , плещущей искренним весельем вопреки всем неприятностям, прогнал дурные мысли и я непроизвольно улыбнулся.
Ташка, растрепанная и такая родная, сидела на ковре, прислонившись спиной к вздрагивающей от смеха Але. Остальные смотрели на девушку с нежно-восторженным обожанием.
Ещё бы! Никто в этом мире не смог бы научить нас так искренне радоваться жизни, не таясь и не скрываясь, а она за пару недель уничтожила холодную корку равнодушного цинизма, сдерживающую нас веками. Благодаря этой хрупкой девушке мы поняли, что такое жить, и как далеко от этого было наше прежнее рационально-отстранённое существование. Будто вместе с магией Наташа принесла в нашу жизнь… - Мой взгляд на мгновение задержался на Нашкаре. - Надежду?