Выбрать главу

Айрис молчала. Она не могла поверить, что это происходит на самом деле. Ей казалось, что Дункан все забыл, что он живет дальше. Но это было не так.

Он прижимал ее к своей груди, и она слышала, как бьется его сердце. И ей хотелось, чтобы этот момент длился вечно.

— Прости меня, — прошептал Дункан. — Я так виноват перед тобой. Я должен был верить тебе, а не каким-то сплетням. Но я не поверил. И заплатил за это. Прости.

Айрис вздохнула.

Слезы катились из ее глаз, но она не смахивала их. Она не хотела даже на долю секунды отстраниться от него, этого мужчины, которого любила.

— Я думала, ты никогда не скажешь этих слов, — срывающимся голосом прошептала она.

— Я тоже так думал, — тихо проговорил он. — Мне казалось, что ты никогда не простишь меня. И я просто боялся.

Она обняла его, чувствуя исходящее от него тепло, радуясь тому, что он рядом с ней.

— Что с нами будет, Дункан? — спросила она.

— Я не знаю. Но уверен в одном — я не могу без тебя и сына. Я хочу быть рядом с вами всегда. Позволишь ли ты мне это? — спросил он.

Айрис отстранилась от него, заглянула в его пронзительные голубые глаза, прочла в них все, что хотела.

Да, он любит ее.

И она знала это, чувствовала это каждой клеточкой своего тела.

— Николасу скоро надо ложиться спать, — прошептала она.

— Если ты разрешишь, я расскажу ему сказку, пока он будет засыпать, — предложил Дункан.

— Конечно, я думаю, он будет очень рад.

Их взгляды встретились.

Дункан и Айрис понимали, что теперь все будет по-другому. И эта другая жизнь манила их, вызывая нетерпение и желание ускорить тот момент, когда это произойдет.

— Любимая, согласишься ли ты выйти за меня замуж? — спросил Дункан.

И Айрис поразилась, насколько робко прозвучал его голос.

Она счастливо улыбнулась ему.

— А как ты сам думаешь?

— Я думаю, что мы будем жить долго и счастливо.

— Я с этим полностью согласна.

И Айрис знала, что это правда.

Жизнь преподала им серьезный урок, который многому научил их. А главное — уважать и доверять друг другу.

И теперь никакие преграды им были не страшны.