Цена гордости
День – мертвое время для баров. А уж если с самого утра пасмурно и вот-вот зарядит дождик – можно не воскрешать. Но, несмотря на это, я открыт с двенадцати дня и до поздней ночи. Почему? Да потому что больше мне, по сути, нечем заняться. И потом, кто знает, когда судьба занесет мне очередного путника с новенькой или покрытой пылью веков историей? Пожалуй, моя единственная страсть, кроме управления этим баром – истории, которые приносят посетители. Смешные, грустные, забавные и злые, печальные и брызжущие весельем – вот мой любимый коктейль. Как говаривал Джеймс Бонд – взболтать, но не смешивать. Да, именно так.
Я махнул рукой, отгоняя сонную муху. С самого утра ни одного посетителя – когда такое было в последний раз? Глядя на настенные часы со стрелками в виде вертолетных лопастей, я решил – еще час и закрываюсь до вечера.
Видимо, моя угроза подействовала. В бар зашел высокий мужчина, одетый в строгий темно-серый костюм. Длинные черные волосы лились до самой талии, и я невольно залюбовался. Настоящий красавец. За руку он держал мальчика лет семи, который с любопытством оглядывался по сторонам.
Мужчина подошел к стойке и поздоровался, назвав меня по имени. Я невольно задался вопросом, бывал ли он у меня раньше, и пришел к выводу, что такого красавца я бы запомнил.
- Простите, я понимаю, что это заведение не для детей, но мой сын захотел пить, – улыбнулся незнакомец.
- Ну почему же, – я ответил тем же. – Для тех, кто умирает от жажды, мои двери всегда открыты, – я подмигнул мальчику, который тут же спрятался за спину отца.
- Тео, это невежливо, – мужчина усадил мальчика на табурет. – Что ты хочешь?
Тот не сводил с меня настороженного взгляда, затем вдруг улыбнулся.
- Пожалуйста, апельсиновый сок, мистер.
- Будет исполнено, маленький принц.
Поставив сок перед посматривающим на выключенный телевизор мальчиком, я повернулся к его отцу.
- А что вы предпочитаете, мистер…?
- Амадео, – ответил он.
Меня словно током ударило, когда я вспомнил, где же видел его. На лица у меня память отвратительная, но истории, рассказанные посетителями, я запоминаю до мельчайших подробностей.
- Как поживает ваш друг Ксавьер? – спросил я, пожимая протянутую руку.
На мгновение на прекрасном лице отразилось удивление и что-то, до жути напоминающее испуг, однако он тут же усмехнулся, и этого мимолетного видения как не бывало. Я решил, что мне показалось.
- Вы запомнили.
- Разумеется. Интересные истории могут жить вечно в моей памяти.
- Но для этого надо самому жить вечно, не находите?
Я рассмеялся. Амадео нравился мне все больше.
- Но разве великие произведения не живут вечно? – вернул я шпильку.
- Вы правы, – согласился он. – Но моя история лишь одна из многих, вдобавок – не слишком-то высокоморальная.
- Напротив, – парировал я. – Вы же объяснили мне причину гибели вашего брата…
Амадео предостерегающе приложил палец к губам и посмотрел на сына. Мгновенно смекнув, что к чему, я поставил перед мальчиком еще один стакан сока и вазочку с печеньем и щелкнул пультом телевизора, включив канал с мультфильмами. Мне повезло – показывали «Тома и Джерри», и пацан буквально прилип к экрану.
- Спасибо, – едва слышно сказал он, придвигая к себе печенье.
Я вернулся к моему посетителю. Хотя он все еще ничего не заказал, я уже называл его «своим», будто мы были старыми приятелями. И правда, люди, поделившиеся своей непростой и уникальной историей, практически никогда не появлялись тут вновь. Я нутром чуял, что в руки плывет нечто большее, чем просто очередной эпизод в веренице многих. Мне представился шанс заглянуть в целую жизнь, собрать из разрозненных кусочков целую картину, и я не собирался его упускать.
- Так что вы будете пить? – невинно осведомился я. – В прошлый раз вы заказали виски «Дэлмор» со льдом.
- И все же у вас великолепная память, – заметил Амадео. – От виски я не откажусь, пожалуй.
Взяв стакан, он покрутил его в руке, любуясь янтарной жидкостью. Кубики льда с едва слышным серебристым стуком пересыпались с места на место. Я невозмутимо протирал стойку, ничем не выказывая своего нетерпения, которое, однако, уже хлестало через край. Наконец мужчина глянул на меня поверх стакана.
- Я вижу, вы хотите что-то спросить, Джо?
Я сделал вид, что растерялся, надеясь, что мое смущение и несколько глотков виски сами развяжут ему язык. И, как всегда, не ошибся.
- Вам стало интересно, кто же я такой и откуда взялся? – спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Что ж, раз я уже тут сижу, почему бы и нет? – он усмехнулся и поставил стакан на стойку. – Чувствую себя, как на исповеди.