- Кажется, пришло время решительных мер. Он должен быть у меня как можно быстрее, и неважно, сколько денег на это уйдет. Ты понял меня? Отлично. И не задавай больше таких вопросов, если хочешь жить!
Дверь перед носом Амадео распахнулась, и Лукас, злой, как тысяча чертей, уставился на него.
- Чего тебе тут надо?!
- Я… – Амадео растерялся. – Я хотел поговорить с тобой.
- Нам не о чем разговаривать!
Дверь со стуком захлопнулась. Амадео лишь вздохнул.
Не прошло и месяца, как состояние отца резко ухудшилось. Он уже не вставал с постели. Врач лишь качал головой, показывая, что ничем не может помочь. Амадео практически не отходил от него, Лукас же постоянно где-то пропадал.
- Амадео, – Кристоф тяжело дышал, смотря в потолок затуманенным взглядом, который, кажется, ничего уже не видел. – Что-то я совсем расклеился, сынок. Только не считай меня за это слабаком, – он сжал руку сына слабеющими пальцами. – Где Лукас?
- Он скоро будет здесь, отец, подожди еще… – Амадео повернулся на звук открывшейся двери. – Вот и он.
- Здесь? Хорошо. Лукас, я не успел многого сделать, но прошу тебя… Помоги Амадео, хорошо?
- Да отец, – тот участливо присел на краешек кровати и взял его за другую руку. – Обещаю.
- Амадео… – Кристоф закашлялся, из уголка рта вытекла тонкая струйка крови. Рука выскользнула из пальцев сына и безжизненно упала на кровать.
Амадео опустил голову, пряча слезы. Все кончено.
- Как ты посмел, – тихо сказал Лукас. – Как ты мог так поступить с ним?
- Что? – Амадео поднял удивленный взгляд. На щеках слезы прочертили блестящие дорожки.
- Он доверял вам, – вступил в разговор врач. – И не только он. Все приближенные к вам люди считали вас честным и благородным человеком, а вы так обошлись с собственным отцом.
- Я не понимаю, о чем вы…
Лукас сделал знак врачу.
- Расскажите ему то, что сообщили мне.
- Все очень просто, – сказал тот. – Ваш отец был отравлен, это подтверждается всеми признаками. Скоро будет готов анализ крови, и…
Амадео вскочил, едва не опрокинув стул.
- Да как вы смеете…
- Замолчи, – оборвал его Лукас. – Все знали, что ты один находишься рядом с ним круглые сутки. Чего тебе стоило дать ему яд?
- Я не делал этого, Лукас, какого черта?!
- А я-то думал, он тебе дорог. А ты так с ним поступил, Амадео. Отвратительно. Охрана! Препроводите этого убийцу в кабинет отца и заприте до прибытия полиции.
Амадео потерял дар речи. Он даже не стал сопротивляться, когда охранник – его охранник довольно грубо заломил ему руки за спину и тычками погнал прочь из спальни отца.
В кабинете он пробыл час, но мысли никак не желали упорядочиваться. В голове гудело, руки и ноги не слушались. Отца отравили. И убийцей представили его, Амадео! Но он не мог этого сделать! Он любил отца и не желал ему смерти, даже видя, как он мучается от давней болезни.
Но кто мог это сделать? Врач мог дать ему яд под видом лекарства, но зачем? Уважаемый человек, который работал на его семью уже долгое время – и вдруг решает избавиться от него? Бессмыслица.
Размышления прервал звук открываемой двери. Лукас остановился на пороге и вперил холодный взгляд в брата.
- Лукас! – наконец не выдержал Амадео. – Что происходит, черт побери? Кто отравил отца?
- Ты, разве не ясно? – так же холодно ответил тот.
- Я не делал этого! Почему ты мне не веришь? Мы же братья!
- Ты перестал быть мне братом после всего этого, – отрезал Лукас. – Не мог дождаться, когда станешь главой компании, да? Именно поэтому и задумал все это. Как низко. Красавчик Амадео, от которого в восторге все, кто с ним знаком, отравил своего отца в погоне за наследством. Интересно будет почитать завтра утренние газеты…
- Ч-что ты несешь? – голос Амадео задрожал. – Я никогда…
- Молчать! – Лукас отвесил ему оплеуху. – Я не желаю слушать жалкие оправдания отцеубийцы!
Амадео таращился на него, широко раскрыв глаза. На щеке алело пятно от пощечины брата. А того было не остановить.
- Всегда во всем идеальный младший сыночек Амадео! Кукольное личико, роскошные волосы, да ты прямо всеобщий любимец! Как же ты меня достал! Всегда стоишь на моем пути, будто больше некуда пойти. Надеюсь, ты не успеешь сгнить в тюрьме, куда в скором времени отправишься, потому что я буду молиться о том, чтобы тебя разорвали в клочки в первую же ночь!
Плечи Амадео непроизвольно вздрагивали от каждого оскорбления, которыми щедро поливал его брат. И тут его осенило. Наконец-то голова снова начала соображать, и он моментально увидел всю цепочку.