Капитан долго молчал. Потом сказал только:
— Мы поставим знак. Не как надгробие, а как веху. Здесь заканчивается первый путь. И начинается новый.
И команда, не спрашивая, принялась за дело. Надгорбие тоже сделали и похоронили все найденные останки.
Когда последние обломки разбитого судна были осмотрены и записаны в журнал, команда «Кома» уже собиралась поднять паруса. Ничего нового, только перекрученные балки, следы пожара и солёная тишина, в которой чувствовалось чужое несчастье.
Запись в бортовом журнале Арума: Остатки корпуса проверены, предметов ценности или признаков выживших не обнаружено. Решено двигаться дальше.
Казалось, всё кончено. Но именно в этот момент дозорный с палубы подал знак. Внизу, на каменистом берегу, двигались люди. Несколько фигур осторожно приближались, заслоняясь руками от бликов заката.
Они остановились у самого края воды, и первый же крик оборвал дыхание морякам. Слова, которые невозможно было спутать ни с одним другим языком. Аркатская речь, ясная и звонкая. Словно прошлое вдруг вырвалось наружу и позвало их по имени.
Команда замерла. Сердца колотились так, будто каждый слышал шаги призраков. Но это были не призраки. Люди смеялись и плакали, протягивали руки, а когда лодка с моряками добралась до берега, объятия стали такими крепкими, что в груди хрустели кости.
Тех, кого давным-давно считали погибшими, вдруг вернула сама судьба. Моряки, обветренные, поседевшие, но живые. Они твердили, что ждали этого дня, не верили, что их поиски могли окончиться иначе.
Радость была искренней. На какое-то мгновение казалось, что сама история решила подарить чудо. Но постепенно за этой радостью начали проступать новые черты.
Сначала заметили женщин. Они стояли чуть поодаль, настороженные, с детьми на руках. Дети смотрели с интересом и страхом, их глаза блестели иначе, чем у аркатцев. В этих лицах угадывалось что-то чужое.
Оказалось, выжившие не были одиноки. Они обустроили себе жизнь, насколько могли. Женщины пришли из местного народа, и у них уже были дети. Небольшое поселение выросло здесь, на краю бездорожья, среди скал и песка.
Однако радость встречи быстро померкла. Слишком много вопросов поднимала эта неожиданная находка.
Почему поселение скрывалось так долго, почему не пытались связаться с другими? Ответы открывались постепенно.
Восемь лет назад Аркатия отправила три корабля в плавание вокруг Африки. Они шли единой эскадрой, но у западных берегов разразился шторм. Один корабль погиб. Два других после недолгих поисков в неверном месте ушли дальше в Аркат, уверенные, что товарищи утонули. Так их и записали в погибшие.
Но восемь человек выжили. Их выбросило на берег, и первые месяцы ушли на борьбу за саму жизнь. Потом они нашли здесь другое племя. Люди были почти такие же, различия заметить мог лишь внимательный взгляд. Мирного соседства не получилось. Слишком разными оказались представления о жизни, слишком глубоки были подозрения. Вскоре вспыхнула вражда. Мужчины того племени погибли, а женщин взяли в поселение — восемь, по одной для каждого из выживших.
С тех пор прошло много лет. У каждого из поселенцев появились дети, и теперь здесь было уже не просто восемь потерянных людей, а полноценное поселение с домами, хозяйством и шумом детских голосов.
Всё это они берегли и потому держались в стороне. Любая весть извне могла разрушить хрупкий порядок, за который заплачено кровью и потерянными надеждами.
Капитан Эйран долго молчал, вслушиваясь в шум волн, будто в нём можно было найти ответ. Но ответа не было. Перед ним стояло поселение, выросшее из обломков трагедии, и это было не просто несколько домов. Здесь уже бежали дети, здесь звучал смех, здесь пылали костры, напоминая очаги древности. Люди жили своей жизнью, и в их глазах читалась уверенность, что так и должно быть.
Он закрыл глаза и вспомнил слова, которые были врезаны в память каждому, кто выходил в море. Человечество должно быть единым. Никакие границы и стены не должны разделять его. Любое обособление — это раскол. А раскол ведёт к гибели. Это был закон Дэна, закон, ради которого возводился Аркат, ради которого когда-то целые племена отказывались от своих старых богов и привычек.
Но перед ним стояли живые люди. Они не отвергали Аркатию из упрямства, они просто выживали. Восемь мужчин, восемь женщин, дети, что родились уже здесь. Они не знали другого мира. Их вина заключалась только в том, что они оказались забытыми.