- Ушел я. Ушел! – капитулирует он и уходит.
Соня неловко расставляет свою косметику, и я ее изучаю опытным взглядом.
- Пойдет.
Лисина еле сдерживает смех, когда я приступаю к работе.
- Если мне не понравится, и ты впустую тратишь мое время, я тебя прибью, - пытаясь успокоиться шепчет она.
- Боюсь это не про мой случай, - строго отвечаю ей.
В моменты работы мой мозг всегда каким-то странным образом превращает меня из неловкого парня в мастера. Не знаю, как это работает, но поистине опьяняющее ощущение. Слой за слоем, кисть за кистью и я превращаю Лисину в настоящую принцессу.
В этот момент я не смотрю на нее как на девушку. Я смотрю на нее как на холст, на котором нужно изобразить прекрасную обладательницу моего королевского платья. Естественно, учитывая ее природные цвета и черты лица. Собственно, я учитывал все это еще когда делал для нее платье. Потому меня совершенно не удивляет ее восторг. Так и должно быть. Именно к этой норме я и стремлюсь.
Закончив последние штрихи, фиксирую макияж и разворачиваю Лисину лицом к зеркалу.
- Ну и как?
Соня распахивает глаза и замирает от изумления.
- Да ладно?! - Она резко разворачивается в мою сторону. – Это правда ты сделал?!
- Как видишь, - пожимаю плечами, не представляя во что мне это выльется.
- Да ну! – Лисина хватается за голову явно не в силах принять факт моего таланта.
- Просто рисую много, - пытаюсь как-то оправдаться, неловко осматриваясь по сторонам.
Чувство экспертной эйфории куда-то утекает и меня медленно накрывает осознание того, что я только натворил.
- Только никому не говори… Да и не поверит тебе никто, - делаю шаг назад снова осматриваясь по сторонам. – Ладно… Я пошел… Звонок скоро.
И развернувшись убегаю прочь из актового зала. Вот я идиот. Зайдя в класс, готовлюсь к третьему уроку и прячусь в учебник. Но мои игры в прятки длятся недолго. Вещи Алины на месте, но ее нигде нет, а вот Лисина тут как тут. Мое сердце пропускает удар, и я стараюсь не смотреть в ее сторону.
- Ну и как вам я? – лучезарно улыбается она, кружась и демонстрируя себя во всей красе.
Голова начинает кружиться и мне начинает не хватать кислорода. Паника поднимается все выше и выше по телу и начинает душить за горло. Вскакиваю с места и обвинив себя в поспешности замедливаю шаг и направляюсь в уборную.
Вот жеж… Лишь бы она не проболталась… Лишь бы она не проболталась!
Умываюсь холодной водой и пытаюсь прийти в себя.
Так… На третий урок она не задержится, а значит сейчас похвастается и уйдет. Надо просто подождать. И все.
Фух… Что же вы творите Иван Ткачев? Что же вы творите?
Дождавшись звонка, медленно направляюсь в класс перебирая пальцы. Сажусь за парту и только сейчас замечаю, что сумка Алины отсутствует. Странно. Осматриваюсь по сторонам и замечаю в свою сторону пару косых взглядов и смешков. Ладно. Может мне просто кажется?
Но тут происходит нечто странное. Мой телефон начинает без конца вибрировать, оповещая меня о новых комментариях в моем творческом блоге. Пряча телефон под партой, открываю соцсети.
«Неплохо для девушки. Ой, то есть… парня. Запутался!».
«Руки типа у тебя золотые? А вот в мяч играть так и не научился».
«Тяжело сказалась на парне смерть отца. Сразу в девочку превратился».
«Да не его отец наверное от стыда помер».
«А говорил мама у него шьет! Вот обманщик!».
«Да ему стыдно просто признаться, что он недопарень».
И сотни подобных высмеивающих меня комментариев в пару секунд заполнили каждый пост моего блога. Руки начинают трястись, и я осматриваюсь по сторонам. Ребята по всей видимости понимают откуда растут ноги у моего состояния и заливаются смехом.
- Ребята, тихо! Да что происходит! – пытается приструнить их географ, но у него ничего не получается.
До конца не осознавая происходящее я поднимаюсь с места, снова бросив взгляд на Алинину половину парты. А почему ее в самом деле нет? Да я накрасил Лисину… Но может, потому что просто хорошо рисую! Откуда они вообще узнали про мой блог…
Неожиданное отсутствие Кузнецовой подняло во мне новую волную тревоги, и я начал судорожно собирать вещи резко засовывая их в рюкзак. Вылетев из класса, натыкаюсь на Алину. И мой в спутанном сознании гнев дает трещину.