Лиана довела его до кресла и помогла сесть.
– Я вытру кровь, – заботливо проговорила Лиана, вынимая платок.
– Спасибо, – поблагодарил Освальд. Ему было приятно, что хоть таким способом ему удалось привлечь к себе её внимание.
– Позвать кого-нибудь из слуг?
– Нет, я нормально себя чувствую. Просто побудь ещё немного со мной…
– Конечно, – тут же согласилась Лиана, чувствовуя себя виноватой.
– Зря ты не веришь в предсказания, – вдруг сказал Освальд.
– При чём тут предсказания? – спросила Лиана.
– Помнишь, я тебе рассказывал, что когда-то нам с Аланом гадалка нагадала смерть в один день?
– Да, ты мне говорил, – отозвалась Лиана.
– Вот доказательство, – закончил Освальд.
Лиана вопросительно посмотрела на него.
– Сегодня Алан чуть не утонул в реке, а я разбил голову, – пояснил Освальд.
Ты преувеличиваешь. Алан не тонул, а у тебя рана несерьёзная, – спокойно отозвалась Лиана.
– Но согласись, совпадение довольно странное…
– Скорее, досадное.
В столовую вошла Ника. Освальд боялся напугать её раной и сразу заявил, что упал по невнимательности и что ему совсем не больно.
– Вот тебе компания, Освальд, – с облегчением сказала Лиана. – Спокойной ночи.
Она направилась к двери, но её неожиданно окликнула Ника:
– Постой.
Лиана остановилась.
– Мне кажется, ты должна знать… – взволнованно начала она. – Я только что говорила с управляющим. Мой замок захвачен.
– Как?! – вскакивая с кресла, крикнул Освальд.
– Да, и замок, и земли, – вздохнув, сказала Ника.
– Но ведь мне говорили, что Каллан около столицы? Как он добрался сюда так быстро? Невозможно! – растерянно сокрушался Освальд.
– Замок захватили мои же люди, – вздохнула Ника.
– Ничего не понимаю, – недоумевал Освальд. – Как они могли?
– Управляющий сказал, что на моих землях появились посланцы Каллана и подбили чернь на бунт.
– Но они бы не смогли захватить замок, – засомневалась Лиана.
– Конечно, – поддержал её Освальд. – Укрепления замка у тебя отличные, чернь, даже вооружённая, никогда не смогла бы его захватить.
– Мои стражники открыли ворота, – грустно сказала Ника.
– Но почему? – спросила Лиана. – Как могут люди так массово предавать?
– Я спросила об этом управляющего. Он сказал, что они, как помешанные, все ждут Каллана, верят, будто он спаситель. Говорят, есть иконы с его изображением, и они молятся на них. Чернь пытается как можно быстрее приблизить его царствие. Готовы бросить всё к его ногам.
– Что он делает для них? Может быть, в отличие от знати, он относится к ним по-человечески? – задумалась Лиана.
– Нет, говорят, он ни с кем не церемонится, – отрицала Ника.
– Если Христос своим пришествием возвысил и богатых, и бедных, то Каллан может только одинаково всех унизить, втоптать в грязь, – резко отчеканил Освальд. – Хотя что я говорю… Кого сравниваю? Видите, тоже поддался пропаганде. Он просто очередной подонок, жаждущий власти. Ничтожество, возомнившее себя богом.
Наступила пауза. Ника подошла ближе к Освальду.
– Я могу остаться у тебя на какое-то время? Возвращаться мне некуда, – тихо спросила она.
– Конечно, – быстро отреагировал Освальд, беря её за руку. – Я должен был сразу сам предложить. Оставайся и живи сколько хочешь, – и, опустив голову, печально добавил: – правда, думаю, мой замок станет следующим.
– Давай уедем отсюда? – с надеждой в голосе сказала Ника. – Мы могли бы жить где-нибудь на юге, туда Каллан точно не доберётся.
Сказав «мы», Ника тут же сильно покраснела.
– Я выросла в монастыре и привыкла обходиться малым, ведь не обязательно жить в замке и иметь много слуг, – попыталась слить в него надежду она.
Освальд выпустил её руку.
– Я не могу жить где попало, а без роскоши мне неинтересно, – резко сказал он.
– Но всё-таки выбирать между жизнью и роскошью не стоит, – вклинилась в разговор Лиана.
– Я выбираю роскошь, – гордо сказал Освальд. – Мой отец, дед, да и прадед поддержали бы меня. Лучше прожить мало, но так, как хочется, чем годами влачить презренное существование. А я хочу жить так, как сейчас, и если мне суждено погибнуть, я хочу умереть с высоко поднятой головой в собственном замке, а не прозябать долгие годы на какой-нибудь безопасной помойке, – и уже мягче добавил: – Если хочешь, Ника, уезжай, я дам тебе карету, деньги и драгоценности. Ты сможешь прилично устроиться на новом месте.