Вульфнот впился взглядом в лицо Этельстану. Было абсолютно ясно, что он имеет в виду: люди, о которых он говорил, хотят нового короля.
Но чтобы скинуть с трона старого короля, нужна армия.
Он чувствовал, что все теперь смотрят только на него. Они бросили ему вызов, словно флаг, и теперь хотят, чтобы он подхватил его и помчался с ним вперед. Но чего они от него ожидают, и куда он пойдет? Кто из них готов последовать за ним туда, на самый край смертельного обрыва?
Много лет назад он уже думал о том, чтобы собрать армию против своего отца, – дикое, отчаянное желание, порожденное молодостью, разочарованием и злостью. С тех пор он стал намного осторожнее. Господи! Один этот разговор уже подвергает их всех большой опасности.
– Значит, вы хотите убедить короля отказаться от своего доверия Идрику, – сказал он. – Подтолкнуть его к тому, чтобы он доверял тому, кто больше вам по душе. А при необходимости заставить его сделать это силой. Давайте рассмотрим такой вариант. – Он поставил свою чашу и теперь обращался только к Вульфноту: – Судя по вашим словам, Идрик контролирует флот и всю Мерсию. Элдормен Ухтред контролирует Нортумбрию, а элдормен Эльфрик – большую часть Уэссекса. Королю они обязаны своими землями и титулами, и они сделают все, что он им прикажет. Поэтому любой, кто думает бросить вызов королю или, вероятно, даже просто заявит о своих притязаниях на трон, восстановит против себя более двух третей всего населения королевства, способного носить оружие. Каким образом он может победить? Или же вы пришли ко мне, потому что думаете, мол, если я вежливо попрошу, мой отец просто пожмет плечами и вручит мне свою корону?
– Он никогда не сделает этого, – сказал Эдвиг. – За нее с ним придется сражаться. Пугающая перспектива.
Этельстан проигнорировал его замечание.
– Вульфнот, мне понятны ваши страхи, но ситуация не настолько зловещая, какой она вам, по-видимому, представляется. Когда строительство кораблей завершится, у нас будет почти двести судов, чтобы патрулировать берега. Одного этого, возможно, будет уже достаточно для того, чтобы отпугнуть любого врага, который вздумает напасть на нас, независимо от того, кто командует флотом. Даже если это окажется Идрик. Если будет на то Божья воля, нам вообще не придется драться.
– Я же говорил вам, что он не пойдет на это, – сказал Эдвиг.
– Эдвиг, заткнись! – рявкнул на него Эдмунд. – Этельстан, ты еще не дослушал, что…
– Милорд, – со злостью в голосе перебил его Вульфнот, – я выражаю настроения людей по всей Англии, а не только с юга. Они боятся доверять королю, ибо он прислушивается ко всем ядовитым речам, которые вливает ему в уши Идрик. Они боятся за свои титулы и земли. И они не забыли убийство Эльфхельма и его сыновей.
Этельстан поднял руку, останавливая его.
– Эльфхельм был предателем, – сказал он. Ему претило, что он должен защищать действия своего отца в отношении Эльфхельма, но прошлого уже не изменить. А поощрять любые шаги этих людей против короля бесчестно.
– Это может быть, – признал Вульфнот, – но Эльфхельм был убит прежде, чем ему дали шанс ответить на обвинения в свой адрес.
– Обвинял его король, а преступлением его была измена, – отрывисто бросил Этельстан. – Метод, которым мой отец обошелся с Эльфхельмом, действительно был неразумным; тем не менее сам я убежден в вине этого человека. – Он хмуро взглянул на Эдмунда, который не хуже его самого знал о том, что Эльфхельм был в тайном сговоре с датчанами. И Эдмунд рассматривал жестокую реакцию на это их отца со сдержанным одобрением. Обращаясь к Вульфноту, Этельстан со злостью в голосе сказал: – Следите за тем, что вы говорите, милорд, потому что сейчас мы и сами находимся в опасной близости к измене. Вы доверяете королю настолько мало, что готовы нарушить клятву верности ему и поднять на него свой меч? Потому что все приведет именно к этому.
Эдмунд поднял обе руки в успокаивающем жесте.
– Не нужно, чтобы это вело к сражению, – сказал он. – Дворяне должны встретиться со своими кораблями в Сандвиче весной. Если нам удастся привлечь на свою сторону достаточно людей, мы окажемся в удобном положении, чтобы бросить вызов Идрику, отобрать у него контроль над кораблями и заключить соглашение с королем.
Этельстан покачал головой:
– Все это звучит очень красиво, Эдмунд. Очень цивилизованно. Однако ты забыл про одну существенную деталь: король не тот человек, чтобы заключать соглашение со своими дворянами.