— Артур, — мать немного хмурит брови.
— Схожу за кофе. Тебе Мира-мир капучино?
— Ага, — смеясь, произношу. Сейчас даже это прозвище никак не раздражает. Раньше готова была расцарапать лицо за это. Как же все разом может измениться?! Когда осознаешь, что можешь потерять самого близкого человека на свете, то становится наплевать на все. Даже на задиристые слова.
Парень покидает помещение, а я еще крепче прижимаюсь к женщине, вдыхая аромат ее лёгкого парфюма с фруктовыми сладкими нотками.
— Прекрати плакать.
— Мне так жаль. Не поверила.
— Все совершают ошибки, — вытирает тыльной стороной ладони соленые, разъедающие лицо капли. — В молодости тоже доверилась мужчине, который обманул. Если бы не Тимур, неизвестно, что было бы. Не ты первая, не ты последняя.
— Да, но ты сейчас здесь из-за меня.
— Вовсе нет. Порой прошлое не отпускает, часто настигает в неожиданный момент. Выучи урок, родная.
— Выучила, — смиренно опускаю глаза, ощущая, как полностью рушится мой сказочный мир. Где нужно смириться с горькой правдой.
— Все обошлось. Было бы сложнее, если бы выскочила тайно замуж, — смеется открыто, но словно с неким подтекстом. — Или бы забеременела.
— Разве ребенок — это плохо? — с непониманием смотрю.
— Только если от любимого. Если малыш не будет разменной монетой в спорах.
— А вот и я, — громко распахивая дверь, произносит Артур.
Он раздает кофе, мне приходится надеть маску младшенькой любимицы, потому что внутри все клокотало. Невероятное сомнение крепко засело в голове. Разрывало от осознания того, что теперь мне придется сделать выбор. И этот выбор точно будет в пользу уже живого, вот только ни моя семья, ни тем более Демид его не поддержат...
Что же делать? Нужно выяснить, есть беременность или нет. Любым путем выяснить, но так, чтобы никто не узнал.
Глава 15
Я держу снимок своей крохи. Смотрю на маленькую точку размером с горошину и не могу сдержать эмоции. Никогда бы не подумала, что вот так просто можно полюбить совсем еще непонятный эмбрион.
— Кристина Михайловна, — задыхаясь, произносит медсестра. — Держите направление.
— Направление? — ошарашенно произношу, все еще в непонимании крепко сжимая снимок УЗИ.
— На аборт. Срок всего четыре-пять недель, обойдетесь медикаментозными препаратами.
— Но… я… не...
— Что нет? Двадцать лет. Сиротка. Не замужем. Куда тебе рожать? Подумай, дурочка из детского дома, — с ехидством подчеркивает женщина. — Туда же попадет и твой ребенок.
— Давай-ка сама буду решать, что мне делать. Ты всего лишь обслуживающий персонал. Иди и займись своими прямыми обязанностями.
Гордо выплевываю речь, опуская вежливость. Перебрасываю волосы на одну сторону и выхожу из консультации. Сил хватает только дойти до соседнего дома, завернуть за угол и присесть на лавочку возле крайнего старенького подъезда.
Утром набрала Лике, подруга давно делает фальшивые документы. Конечно, опытные люди отличат подделку, но для пропуска в клуб всегда подходило. Вот и сейчас рискнула обратиться за фальшивым паспортом, чтобы никто не смог отследить. Так в консультацию пришла некая Кристина. Девочка-сиротка из далекого села, которая приехала учиться на ветеринара, а оказалась беременной брошенкой.
Вновь смотрю на снимок. Такой крохотный, но уже родной. Как может быть разменной монетой? Настоящее чудо. Мое чудо. Мое и...
Пресекаю себя, чтобы лишний раз не называть его имени.
— Дядя Спермоспонсор, — отлично ему подходит. Не отдам Демиду. Готова защищать. Не отдам. Никому и никогда.
— Никогда не узнает о тебе, малыш. Я все сделаю, чтобы сберечь, — прикладывая руку к животу, произношу.
Нервно выдыхаю. Надо как-то преподнести новость родителям. Почему-то кажется, что не получу одобрения, но и ругать сильно не станут.
Мысли немного мечутся. В университете последний курс. Сложно будет с растущим животом.
— Справимся? — весело задаю вопрос своему еще плоскому животу.
Начинаю смеяться, как ненормальная. Взгляды прохожих тут же обращены в мою сторону. В приподнятом настроении поднимаюсь, но едва делаю пару шагов, как чья-то рука опускается на плечо.
— Мира.
Парень успевает только произнести имя, как тут же оказывается на земле.
— Это и вправду ты?
— Гриша. Прости. Прости.
— Я тоже рад встрече, — потирая шею, с долей боли на лице произносит.
Протягиваю руку, чтобы подняться. Что поделать, сработала на инстинктах и подставила подножку.