– Ты принес ошейник?
У меня аж шею закололо от желания почувствовать мягкую кожу и прохладный металл замочка-сердца.
– Нет. Я не надену на тебя ошейник, пока не расскажу… – и снова он замолчал.
– Что расскажешь?
– То, что ты должна знать.
И снова Настя была с нами.
Кирилл провел ладонями по моим рукам, опять оттягивая момент, но все же решился и продолжил. Хотя начал снова издалека.
– Детка, возможно, нам не стоит больше играть. Ты должна подумать, хочешь ли себе такого Мастера?
– О чем тут думать? – возмутилась я.
– Выслушай меня, – строго оборвал Кирилл. – Не перебивай.
Я притихла.
– Ладно.
– Когда ты уехала…
– Я не уехала, ты меня отослал, – не сдержалась я снова.
– Дарина! – рявкнул Кирилл.
– Ой, все. Я молчу. Прости.
Он раздраженно фыркнул мне в затылок.
– В общем, я чувствовал себя паршиво.
«Да ты что», – хотелось мне выпалить, но усилием воли я сдержала очередной порыв сарказма.
– Я скучал по тебе, малыш. Очень. Сам для себя решил, что тоже не буду ни с кем спать до истечения срока нашего договора. Мне показалось, это будет честно. Наверно, я ошибся. Не стоило накладывать на себя епитимью. Я ведь спасал тебя, а не наказывал.
Мда. Это как посмотреть.
– В общем, до конца года я смутно себя помню. Много пил, жалел себя, потом тебя, потом нас и снова себя. Так себе состояние, честно признаюсь. Раз в месяц прилетал Артур, чтобы отмыть меня от блевотины и прокапать глюкозой.
Я замерла. С одной стороны мне принесло злорадное удовольствие, что Кириллу было так же плохо, как и мне. А может и хуже. Но это справедливо. Он ведь принял решение, а не я. Но с другой, я совсем не представляла моего педантичного собранного занудного Мастера в запое. Он ведь и не пил почти, ел по часам и со счетчиком калорий, занимался в зале с усердием олимпийца, работал, как сумасшедший. Кстати…
– А работа?
– Не ходил в офис. Лиза всем рулила. Очень меня выручила, черт знает за какие заслуги. Нормальная стервозная бывшая пустила бы корпорацию в расход. Хотя я все построил так, что и вмешиваться не надо, просто поддерживать и регулировать. Лизка справилась.
Я потянулась к бокалу и не донесла его до губ. Озарило.
– О, поэтому ты не… Кир, я не буду тогда тоже. Прости.
Я попыталась встать, но он удержал.
– Перестань. Я спокойно это переживу. Не надо обращаться со мной как с инвалидом. Я могу пить, но действительно не хочется.
– Ладно. Ясно. Ты сам справился с этим?
– Да. Как ни странно, проснулся однажды и понял, что пора завязывать. Я так же курить бросал. Когда травишь себя по привычке, уже без удовольствия, значит пора прекращать. Правда сразу не вышло, но смог вернуться к работе, вообще к людям. – Он хохотнул недобро. – Как оказалось, зря.
Я затаилась, стараясь даже дышать стала через раз, потому что судя по голосу Кирилла ,который стал тише, эта часть его откровения была самой сложной.
– Я стал ездить в клуб, – подложил он через бесконечно долгие мгновения тишины. – Вадим отошел от дел, отдал руль моему приятелю, который отменил все эти грязные аукционы и прочую чернуху. Оргии, правда, оставил, но это же на любителя и нерегулярно. Эскорт свел к минимуму. Приличный народ снова стал посещать сессии и вот такие вечеринки-знакомства в масках, на которую ты пришла. Меня позвали наблюдателем. Я скучал по теме, поэтому согласился. Параллельно плотнее занялся Агеевым. Мы собрали на него компромат, тесно общались с силовиками. Они давно на него зуб точили. Ты, разумеется, в курсе, что он удрал?
– Да, читала, – подтвердила я.
Кирилл кивнул, снова помолчал, накрутил на палец мой локон, вздохнул.
– Мне нравилось, когда у тебя волосы были, как у мышки.
Я хмыкнула.
– Мне надоело быть серостью.
– Это заметно. Помнишь того мужчину в кубе на твоем аукционе? Он давал за тебя последнюю цену, пока я не перебил ставку?
Эндокринолог. Попробуй забудь такого. Меня передернуло. Кирилл сжал мои плечи, прижав к себе крепче.
– Да, – выдохнула я. – Жутковатый дед.
– Угу. Это Антон. Я одно время играл с его покорной. Она тоже продалась невинной и… В общем, по большому счету, только из-за нее я тебя купил. Он ее поломал жестоко, потом, конечно, отпустил, но она вернулась в эскорт. Очень скоро стала моей постоянно нижней. Я платил достаточно, чтобы она ни с кем, кроме меня, не играла. Мы больше полугода так взаимодействовали, пока она не уехала. Не знаю, куда. Но вот не так давно вернулась.
Я не сразу заметила, что кусаю губы.
– Настя, да? – обронила, словно между прочим, не в силах скрыть боль.
Кирилл усмехнулся.