– Так ведь намного интересней, сладкая.
Инстинктивно заерзав, я потерла бедра друг о друга, представляя, как бы это все было. Пробка измучила меня во всех смыслах. Если с веревками я свыклась, то желание кончить стало нестерпимо сильным, когда я наконец въехала во двор и припарковала машину у гаража. Мастер встречал меня. Словно никуда и не уходил, а ждал тут все это время. Очевидно, не мне одной отказывало терпение.
Не успела я выйти, он снова прижал меня к машине и набросился с поцелуями.
– Чертовски долго, – рыкнул он, терзая мои губы, проталкивая в рот язык и нетерпеливо шаря под платьем.
Мастер громко простонал, нащупав влагу у меня на бедрах. Да-да, я текла, как худая крыша в дождь.
– Только не говори, что испачкала сидения в моей машине, – поговорил он грозно, растирая мне по ногам смазку. – Что мне теперь прикажешь делать? М? Ответь, Рин.
– Химчистка, сэр? – простонала я, сходя с ума от похоти.
– Издеваешься?
– Нет, я…
Мастер схватил меня за шею, чуть сжимая пальцами по бокам. Я пискнула и задрожала. Невероятно заводило, когда он так делал. Я чувствовала себя беспомощной, такой уязвимой и … его. Целиком и полностью в его власти.
– А какая химчистка справится с твоими грязными мыслями, моя маленькая похотливая шлюшка?
– Боюсь, что никакая, Мастер, – прохрипела я.
Он одним быстрым движением нагнул меня, заставляя распластаться по теплому капоту.
– Тогда придется, выпороть тебя.
О, да.
Ему даже не пришлось задирать платье, оно было таким коротким, что в этой позе сразу само подскочило. Несколько секунд промедления, за которые я успела перепугаться, но ту же поняла, что Мастер изучает мою задницу после вчерашнего.
Первый удар все равно оказался неожиданным и обжигающим, но таким сладким. Я дернулась и взвизгнула.
– Плохая девочка, – поговорил Мастер, а голос так и сочился довольством.
– Вам нравится, когда я плохая, – не преминула я его раззадорить.
– Как ты хорошо меня знаешь.
Удар, еще удар. Я хлопнула ладонями по капоту.
Вместо следующего шлепка Мастер протолкнул в меня два пальца и стал сразу жестко и быстро трахать ими. Я стонала и извивалась, но едва сжалась в предвкушении оргазма, он снова стал меня шлепать.
– Черт, черт, черт, – взвизгивал я от каждого хлёсткого шлепка.
Мастер оторвал меня от капота, заставляя выпрямиться и снова смотреть на него.
– Ты хотела сказать спасибо, наверно?
– Ох, да. Простите. Спасибо, Мастер.
Я захлёбывалась словами, едва дыша. Он опять стал меня целовать, и я подумала, что все случится снова на машине. Но нет. Мастер отстранился, облизнул губы.
– Моя спальня. Раздеться и ждать. Живо, – скомандовал он, а сам сел за руль Вольво, очевидно, чтобы поставить машину в гараж.
Конченый педант.
Слава богу, я не сказала этого вслух, а поспешила исполнить приказ. Мастер не заставил себя ждать. Я не успела даже опуститься на колени в позу ожидания.
– Нет, стой так, – проговорил он, стаскивая майку через голову. – Тебе понравился квест?
– Да, Мастер. Было весело.
– Я рад. Мне тоже, сладкая. А веревки? Готова попрощаться с ними?
– О, не знаю. Я к ним почти привыкла.
Мастер потянул за путы, и я застонала.
– Я сделал туго сегодня, – объяснил он. – Поэтому нужно снять. Но очень скоро ты будешь носить их дольше. А пока…
Мастер повернулся к тумбе у кровати, взял что-то. У меня дыхание перехватило, когда я увидела игрушку.
– Вдохни, Рин, – приказал Мастер.
Я набрала воздуха и задержала дыхания, зажмурилась, приветствуя зажим на соске тихим стоном.
– Второй, – предупредил Мастер и закрепил его симметрично.
Я тихонько замычала, ощущая сдавливание. На фоне зуда от веревок это было сильнее, интенсивнее, почти больно. Мастер потянул за цепочку, заставляя меня заохать.
– Давно хотел этого. – Он потянул снова. – Теперь можно снимать.
И Мастер стал развязывать узлы. Медленно, аккуратно. Он снимал веревки одну за другой, заставляя меня стонать снова и снова. Когда путы отпускали мою кожу, зуд трения сменялся сладостным облегчением. Мастер гладил и растирал впечатанные отметины волокна, водил пальцами и губами, а потом принимался за следующую веревку. Когда заканчивал ласкать отпечаток, то возвращался к первому и проводил языком, чуть прикусывал и дул, а между делом еще задевал цепочку зажимов. Я стояла, пошатываясь, радуясь, что Мастер разрешил держаться за него, иначе уже упала бы. Веревок на мне было не так и много, но время как будто превратилось в тугой кисель и тянулось бесконечно долго вязким, густым удовольствием. Мое возбуждение при этом никуда не делось, а усугублялось ноющим сдавливанием сосков, мимолётными поцелуями Мастера и его тихим шепотом.