***
Пустынные горы Мойра пользовались дурной славой. Но давно уже Велиант устроил там себе убежище, знал, что пригодиться. Туда теперь он и направлялся. В одном из склонов был скрытый вход. Открыв секретный замок, он протиснулся в малозаметную дверь и оказался в пещере, заваленной оружием, покрытым слоем пыли и местами в бурых пятнах крови.
Вторая пещера была чище и имела небольшое окно. Скромная обстановка. Лежак, подобие грубо сколоченного стола, табурет. Минимум для временного пребывания. Стальная решетка окна пропускала ночную прохладу и свет полной луны. Уложив свою ношу, Велиант задумался. О том, что Селена вернулась не знает никто, это хорошо. Она подозревает его в связи с Дескантом, это плохо. Значит ей не безразлична участь его врага. «Я могу и это использовать» - мысль, посетившая светлую голову, доставила ангелу удовольствие предвкушением. Сыграть на привязанности демона к ренегатке.
Запалив свечу, он порылся в ящиках стола и вернулся к лежанке. «Что-то долго она в отключке» На запястьях своей пленницы он затянул ремень, укрепив его на скобе, вбитой в стену. Раньше в ней крепился факел, но сейчас вполне сойдет для другой цели. На щеке девушки наливался синяк. Не страшно, это пройдет. Тем временем Селена очнулась. Поняв, что привязана, застонала. Голова раскалывалась от боли, щека горела огнем.
— Какой же ты ублюдок! — тихо процедила Селена. На попытку пошевелится, в голове вспыхнула резкая боль с новой силой. В этот момент Велиант достал чашу и наполнил ее водой, подмешав туда немного порошка Арги, поднес к губам Селены.
— Верно подметила, крошка. Пей, это снимет боль... Ты заставила меня так поступить. Я собираюсь отомстить нашему общему врагу.
— С чего ты взял, что враги у нас общие?
Пить из рук Велианта не хотелось, но хуже, чем раскалывающая череп боль, быть не могло. Ей пришлось пить слегка горьковатую воду. Привкус был незнаком, но скорее это было что то из лекарственных трав, других вариантов у нее не возникало в виду неискушенности.
— Даже так? А мне рассказали, что ты чуть ли зубами в глотку темному не вгрызалась.
— И это правда... - боль проходила, затуманенное сознание плыло, теряя связь с реальностью.
Стряхнув пыль табурета, Велиант сел. Виновата ли настойка, что он ей дал, или удар по голове, но ее слова похожи на бред. Осталось ждать.
— Неважно, теперь уже не важно... придется тратить золото. Много золота.
Глава 4. Пленный демон
Арсений медленно приходил в себя, и с каждым вздохом ему становилось понятнее — утреннюю битву ангелам они проиграли. Он в бессильной ярости искал своего заклятого врага. Но среди соперников не было того самого, которому он мечтал свернуть шею!
Тёмный генерал, один из немногих, не просто лучших, а реально сильных демонов. Такого демона можно было отличить от остальных по размеру и форме крыла. В отличие от рядовых цвет его крыльев был абсолютно черным. Каждый демон получал крылья, принимая посвящение в воины. Тогда наставник завершал jextybit (джейкстайбет), обучая и помогая вызывать из собственной ауры отображение сущности - материальное проявление славы и внутренней силы - крылья. У демонов они носили темные оттенки бордового и бурого, как отражение сути воина, признающего торжество тьмы. По виду как у мифических драконов, кожистые перепонки на каркасе костей, с крючковатыми когтями на конце каждой из трех фаланг. У ангелов – светлые, как у птиц. Размер крыльев зависел от славы воина, чем больше повышалось мастерство, тем сильнее проявлялась материализация крыльев. В свернутом состоянии они не видимы, не мешают обычной одежде. По желанию владельца они проявляются в материальном или энергетическом состоянии.
Осторожно приоткрыв глаза, демон понял, что его тревожная мысль о собственном будущем была верной. Тяжелая серебряная цепь обтягивала его поперек груди, обвивая петлями руки, удерживая у каменного колосса на вершине горы над городом ангелов. А крылья — его честь и гордость, на весь свой гигантский размах были растянуты на камне за спиной и, той же цепью, прикованы к скале.
— А-а, очнулась наша добыча! — голос принадлежал незнакомому персонажу. Арсений резко натянул оковы и, рискуя вывернуть плечо, дернул, проверяя крепость пут.
— Не пытайся, Темный, мы не позволим тебе освободиться! — стоящий неподалеку Ангел провел ладонью по лезвию своей секиры. Он был молод, не так опытен, как обычные противники Арсения. Слегка измятый мундир со следами копоти на локтях, растрёпанный хвост длинных платиновых волос, перед Арсением, видимо, один из молодняка, призванного в последние минуты битвы. Он прошелся вдоль каменистой площадки, уперев лезвие легкого боевого топорика с длинной рукоятью в землю, облокотился на него.