— Я был бы рад лишить тебя жизни лично…. Но совет Высших придумал забаву по интереснее.
Он кивком указал вниз, где, скрытый от молниеносных атак демонов скалами, стоял город Свелых.
Демон догадывался, на что способны противники, поэтому, только мельком взглянул на едва видимую площадь с зловещим силуэтом Гладиум Фата, две мощные каменные стеллы и несколько поперечных брусьев, сложенных буквой Н. Такое орудие использовалось в особых случаях. Жертв оставляли в живых, лишая крыльев на чудовищной гильотине. Использовали ее крайне редко. Была легенда, что таким образом появился первый демон - Вельзевул. Погибнуть в битве - не конец, можно через время возродиться, но лишится крыльев таким жестоким способом — означало для демона изгнание, он лишался принадлежности к фракции и возможности возродиться.
— Мне плевать на ваши планы, выродки Света. — прошипел пленник.
— Ну разумеется… — засмеялся ангел, — моим ребятам предоставлено почетное право сопровождать тебя сегодня, вот и увидим, что ты запоешь. Уже делают ставки, на что ты согласишься. Добровольный переход- лучший выбор!
— Провались в бездну, вместе со своими полудохлыми подранками!
Демон рванулся, тугая витая цепь с шипением терзала кожу на руках и груди. Не было большей муки, чем присутствие серебра в оковах.
—Дракарг! Вонючая гниль! Вы трупы! Ты и кучка облезлых гусей, без мозгов! Пучок перьев вам в зад, а не согласие!
— У тебя хватает сил на оскорбления! А если так?
С этими словами ангел, раскрутив со свистом топор, рубанул тупым концом по цепям, растягивающим крылья демона, и пленник, выгнув спину, упал на колени, застонав от боли. Но страж не дал ему передышки. Подхватив секиру, он без замаха ударил демона под ребра рукоятью. Тот глухо ухнул и закашлялся, пытаясь вздохнуть и подняться, но сил встать не было.
—Я бы сомневался, кто из нас полудохлый подранок. - оскалился страж, наклонившись прямо к его лицу.
Безвольно повиснув на стянутых цепью руках, демон хрипло дышал, с темных волос, в пыль капала кровь. Не было сил встать, даже поднять голову. Все что он мог увидеть это пыль и капли крови на ней.
— Пожалуй, с тебя хватит, — хмыкнул ангел и, небрежно закинув секиру на плечо, отошел.
Арсений, шокированный положением, в которое попал, вспоминал те моменты, что с недавних пор грели его сердце. Вот он опять в своем логове и гордая девушка тает в его руках. Что-то мешало ему в этот момент забыться грезами. Что? Боли в теле он уже не чувствовал, тупое онемение и все, если не двигаться. Мысль ускользала от него. Он упускает что-то важное! Собравшись, он подтянулся на руках, пытаясь встать. От движения все тело разрывала новая боль до судорог, огненными иглами вонзаясь в израненное тело. Демон не выдержал и зарычал. Яростно, отчаянно, вложив в надрывный рык всю ненависть, клокотавшую в нем. И от этого ужасного звука во всей долине битв, возникла паника. Кому-то показалось, что происходит нападение и затрубили тревогу. Из сторожевого шатра выскочила охрана ангелов, не понимая, что происходит, они окружили скалу с прикованным пленником.
А демон сделал ещё одну попытку встать. Он ещё не изгнан, ещё пока глава клана и с ним сила его соратников! Алтарь, стоящий далеко в логове клана Морон засветился, передавая свою силу вождю. Гудела тяжелая цепь от перегрузок. Ожили, засветились темным огнём крылья. Ангелы отпрянули от скалы. Сбитые с толку воины, не каждый день и не каждую битву могли увидеть боевую трансформацию демона. Арсений встал. Он чувствовал поддержку клана. Он мог попытаться освободиться, но не это сейчас было важным. Через боль и внутреннюю борьбу пришла ясность. Он уже видел плененного отважного воина раньше. И тот так же стоял перед выбором: позор жизни или честь смерти. Он прозрел. Помимо воли губы растянулись в ухмылке и он расхохотался.
Это он заставил Селену сделать сложный выбор и обманул, лишив ее светлых крыльев. Он удерживал ее не хуже цепей. И заставил страдать в одиночестве. И он же понял главное: он ее любит! Его любовь скрывалась за стремлением обладать. Он перехитрил сам себя. «Демон не может испытывать подобные чувства к ангелу» - считал он. Желать, подчинять, соблазнять ─ это он умел, но не любить, до сих пор. От этой мысли у него кружилась голова, его распирало от счастья в такое не подходящее время. Арсений испытал облегчение от того, что теперь все было правильно. Это расплата.