Арсений смотрел на неприступные скалы, внимательно изучая каждый разлом. Рейдеры, его бывшие кланники все ещё могли быть здесь. Он знал, как упрям мог быть Озарден. Если он не ошибался, то именно его правая рука, Исмаил, почти достигнувший уровня его самого, мог возглавить Морон. А это значит, задачу поставленную темным Владыкой он примет со всей серьезностью. Арсений сам бы так поступил, окажись его друг, брат, в положении насильно измененного. Но сейчас, Арс понимал, не все так ужасно. Он не валяется в пепле от отвращения к жизни, ради мести он принял эти условия. Дойти до невозможного, до крайности. Потерять крылья, бессмертие, ради одной мести. Если будет у них встреча с Деном, он попытается передать ему всю серьезность своей цели, ради которой он остался жить.
Хм, жить! Арс понимал, что значит Алторем. И хотя упоминание о них было только в легендах, он всем сердцем поклялся, за право лишить жизни Велианта, он отдает свою жизнь. Получилось у него или нет, наверняка ему не известно. Пока сверх сил или чудес в себе не замечал. Просто решил, если про Алторемов бред и сказка, он сам придет к Озардену за "последней милостью", только разберется с «золотым мальчиком».
Дорога пошла в низ к обелиску, пересекая долину. По приметам, переданным Нескароном, им надо идти в вверх, через насыпь, в горы. Неприметная тропка, только для одного, петляла, постепенно теряясь среди сухих кустов и оврагов, покрывающих склон. С этой стороны хребта наклон был более пологий.
Скармы растянулись в цепь. Впереди шел Ксант, за ним Аллан, Олингер, самые сильные из отряда. Арсений оказался в середине, Сай, Кайджед, Лис шли позади. Тропинка была сложной, то и дело из-под ног сыпалась щебенка. Наверно, когда строили подземные ходы, то просто сваливали породу сюда, не заботясь о последствиях.
***Сиринити.
Небо только слегка посветлело на востоке. Воздух был свеж и прозрачен. Осень, пора туманов и дождей. Холод пробирался под одежду, заставляя одинокую фигурку девушки кутаться в короткий светлый плащ. Наклонив низко голову, обняв себя руками, чтобы согреться, она устало брела вверх по узкой тропе в горы. Только что ей пришлось перейти реку по колено в воде. Хлипкий мостик из брусьев провисал под собственной тяжестью, а речка после ночного ливня была как назло полноводная. Поднявшись на вершину хребта, она не стала продолжать пеший путь, а встав у обрыва над рекой, лицом к восходящему светилу, призвала крылья, и прыгнула вперед.
В долгом путешествии в предрассветных сумерках был смысл. Просидев всю ночь в укрытии недалеко от крепости демонов, вслушиваясь в шорох дождя и вздрагивая от малейшего подозрительного звука, Сиринити выдохлась окончательно. Чтобы взлететь сразу, нужен был покров невидимости, которым она пользовалась по пути сюда. Но сил для такой магии не осталось. Ей пришлось пробираться повыше, чтобы используя скорость падения, взлететь. Поймав ветер, она набирала высоту.
Сиринити много изучала магию и законы мира. Сделав выводы, что при таком строении крылатых существ нормальный полет невозможен. По физическим свойствам их крылья должны находиться в середине равновесия тела, то есть немного ниже, чем в действительности. Значит, тут вступает в силу магия крыльев и полет, это такое же колдовство, а не просто физиологическая способность.
Вспоминая бессонную ночь, найти ответ, почему не удалось вызвать Алиру, она не могла. Все было как всегда, кулон посылал зов, но, проходили минуты, часы, а ее верная, смелая Алира не появлялась. Сиринити было плохо. Она потеряла связь, часть себя, и друзей на той стороне. Как так получилось, что девушка - ангел смогла войти в крепость демонов и даже подружиться? Ответ прост: любопытство. На весенней ярмарке ей бросилась в глаза вывеска «Найди свое отражение». Оказалось секрет в том, по утверждению старого мага, что каждый из ангелов имеет своего антипода, демона. Она купила очень дорогой кулон, медный змей в кольце, и тут же его испробовала. Ее темной частью оказалась демоница с огненно-рыжими волосами. Сиринити придумала ей имя Алира и стала изучать доселе не доступный мир демонов. Вначале осторожно, пугливо, но потом вошла во вкус, с азартом пускаясь во все тяжкие с новыми бесшабашными друзьями. В стычках со своими она старалась не участвовать, ссылаясь на слабую подготовку. Бывали проколы и приходилось изворачиваться, даже ценой ранений, сохранив по возможности жизни и тех, и других.