Все стихло. Пропал шарик света. Над каменной чашей клубился радужный туман. Клубились пылинки, не подозревая о произошедшей здесь трагедии.
У входа зашевелилась оглушенная падением Глория.
‒ Несс!...Несс!... Нескарон!...
‒ Да жив я... ох... ногу придавило...
Глория, не обращая внимания на расцарапанные в кровь колени и ладони, в полумраке, осторожно подходила к чаше цветного тумана, нащупывая среди обломков камней своего спасителя.
‒ Не плачь, ... слезы не подходят такому прекрасному.... существу ...
Нескарон слышал ее шаги и всхлип, освобождая ногу из обломков,.
‒ Жить буду... ты не поверишь... бывало и хуже...
‒ Куда хуже?
Она нашла его плечи, прошлась ладонями по спине, взяла за руку. Помогая встать. Вместе они доковыляли в проход, каким сюда спустились. Она вспомнила: его слова так похожи на голос говорящий с ней в пещерах, когда они с Лидией нашли его, умирающим. Слезы от пыли и отчаянья потекли ручьем. Она никогда не умела плакать. Просто два соленых ручейка капали на пыльную одежду. Несс, облокотившись о стену стал, ощутив на руке капельки, понял, она плачет беззвучно.
‒ Ну что ты, милая, драгоценная моя, этот мир не достоин твоих слез. ‒ он обнял ее, привычным движением поглаживая спину. Пусть не видно ее лица. Он помнил его до последней черточки.
‒ Я не смогу больше тебя исцелить,‒ срывающимся шепотом ответила она, сжавшись, прильнув к его груди, спрятав лицо в ладонях.
‒ Так это не страшно...
‒ Я больше не маг, сила не доступна мне...
‒ И это не трагедия. В этом мире полно другой магии...
‒ Да ? Какой ?
Он усмехнулся, приподнял ее лицо и поцеловал легко, едва касаясь.
‒ Этой...
Поцелуй получился соленым, и осторожным.
И вдруг со дна чаши вверх поднялся с громким гудением столб призрачного огня.
‒ Получилось?..‒ говорить пришлось громко, Несс даже не услышал своих слов, но увидел, перепачканное мокрое и счастливое лицо единственной своей драгоценности. Она облегченно кивнула, потом задумалась, пожала плечами, и сама потянулась к нему, возвращая поцелуй.
***За пределами Томена. ***
Молодой высокий маг, заученным движением в который раз показывал ученикам движение, формирующее руну закрепления, по капле вливая силу в решетку магической формулы.
Яркий солнечный день. Бирюзовое небо с перышками облаков. Изумрудная трава, на которой сидели в разных позах молодые люди, внимательно следя за учителем.
Теплый ветерок шевелил пряди длинных каштановых полос, солнце покрывало их позолотой. С очередным порывом теплого летнего ветра, до него донесся голос, незабываемый голос его любимой: « Прощай»...
Маг потерял равновесие, вздрогнул, решетка плетения рассыпалась. Медленно опустившись на траву, он застонал, светлые, голубые глаза потускнели. Прижав к груди руки, он безвольно упал.
‒ Учитель!?...Учитель!?... ‒ разнеслось по поляне.
****
Глава 22. Финал клятвы Алторема.
Шаг. Каждый раз, двигаясь вперед в потоке ураганного ветра Селена, ощущала, как напрягаются, рвутся мышцы, до судорог, до треска в костях, Арсений боролся с давящей на него силой. Как не хватает в сдавленных легких воздуха, как наливаются кровью глаза от запредельного напряжения.
‒ Ты просчитался! Я убью тебя и освобожу его от клятвы.
Ее голос дрогнул. Убивая этого монстра, она убьет любимого. Нет, не убьет, а принесет свободу. Она сделала еще шаг. Велиант отступил, не покидая границ арки. Продолжая вдавливать в гранит еле живого Арсения.
Распластанный на каменном просевшем от давления полу, он не мог пошевелиться, разбитыми губами пытаясь вздохнуть. Вот с сухим хрустом треснули ребра, проткнув кожу и легкие, кровь толчками вырывалась из горла, боль растекалась по телу смертельным ядом. Тьма. Она не была глухой и безмолвной. Стук поврежденного сердца, шум крови в ушах и свет. Его потянуло вверх. Он сделал вдох, слыша, как скрипят сломанные кости, закашлялся, сплевывая сгустки собственной крови, вернувшись в мир боли рвущей измученное тело. Селена умирала и ожила вместе с ним. Как же получилось, что ей было доступно его состояние. И арка не больше двух метров, а идет она долго. Приближается к источнику ураганного ветра, где находится золотая тень. Словно очнувшись, она пришла в ярость, что придало ей сил. Еще шаг и еще. Не иначе как Велиант устроил ей эту связь с Арсением. Он с трудом дышал, расплачиваясь за каждый вдох страшной болью.
‒ Понравилось?‒ Велиант знал, что она испытала, видел, как дрожат ее руки, как подгибаются ноги, боль испытанная его жертвой передавалась ей. Она сделала еще шаг. Близко. Отступать некуда. В отчаянье он попытался снова испытать свою власть над ее физической оболочкой.