— Благодарю, шевалье де Бризе, — произнесла она, и голос ее проник в самое его сердце.
Эстель поднялась и поклонилась ему. Симон же сидел бледный, как смерть, и казалось, сейчас не сдержится и бросится на невесту с кулаками.
Весь вечер Эдуар был в самом лучшем расположении духа. Он удалился в шатер, и лег спать, как только это стало возможным, но долго лежал без сна. Эстель приняла букет! Он радовался, как ребенок. Она была невестой другого, но только он, а не жених, сумел заставить сиять ее ледяные глаза.
Второй день прошел еще лучше первого. В конных поединках не было ему равных. Эдуар троих вышиб из седла, и когда желающие сразиться с ним закончились, снова преподнес цветы своей даме.
Еще одно соревнование, и он заслужит высшую награду. Эстель де Шательро будет награждать победителя, и он поцелует ее на глазах у Симона, у Матильды, у всех присутствующих. Это будет достойная месть.
Уже на закате, когда Эдуар сидел у себя, переставляя шахматные фиругы и слушая отзвуки баллады о любви Эстель и Эдуара, в шатер вбежал Огюстен.
— Господин! Прибыли тамплиеры и ищут вас!
Адриан!
Эдуар вскочил на ноги, перевернув доску, и бросился к выходу.
Адриан де Сен-Арель собственной персоной стоял под высоким деревом и беседовал с маркизом де Клюси. На расстоянии от него расположились еще два рыцаря. Заметив Эдуара маркиз подозвал его кивком головы.
— Эдуар, господа тамплиеры прибыли к вам. Я почту за честь видеть их шатер в нашем лагере.
— Такие мероприятия совсем не для нас, господин маркиз, — отозвался Адриан, но посмотрел на Эдуара и тут же добавил, — но если мы не будем принимать участия в сражениях и пирах, то вполне можем остаться.
— Я приглашаю вас, господа, в свою ложу, — отозвался маркиз, кланяясь чуть ли не до земли, — это великая честь для турнира, если на нем присутствуют воины вашего братства.
— Не стоит нас превозносить, — сказал Адриан, — и, к сожалению, мы не можем воспользоваться вашим приглашением в ложу. Мы будем стоять внизу, как и положено бедным братьям.
Маркиз осекся, а Адриан поспешил откланяться. Двум своим братьям он поручил разбить шатер в низинке, где никто не хотел стоять из-за неудобства рельефа, а сам в сопровождении Эдуара поспешил покинуть маркиза, так как вокруг ужа начала собираться толпа.
Эдуар смотрел, как пажи восхищаются конями храмовников, а дамы кидают заинтересованные взгляды на них самих. Он поразился тому, как эти скромно одетые люди привлекают к себе больше внимания, чем настоящий богач, усыпанный золотом, и с каким скромным достоинством держится Адриан, отвергая все попытки как-то выделить и превознести его и его спутников.
— Решил в последний раз почувствовать вкус славы? — спросил Адриан, когда они вдвоем шли по берегу озера.
Эдуар вскинул на него глаза, но ни в голосе, ни в выражении лица тамплиера не было ни тени осуждения. Эдуар усмехнулся:
— Да. И закрыть кое-какие долги.
— Написать продолжение истории Эстель и Эдуара?
— Можно сказать и так.
— С красивым последним аккордом, где герой облачается в белый плащ...
Эдуар рассмеялся.
— Выходит, ты прав. Баллада завершится к славе Ордена.
— Это хорошо, — Адриан остановился, смотря вдаль, — Ордену нужна слава. Даже такая. Ты уже рассказал всем, что собираешься вступить в наши ряды?
— Нет. Это мое личное дело. Я не хочу посвящать в него общество. Никому нет дела до моих планов.
Адриан хлопнул его по плечу.
— Да, это правильно. Духовные устремления нужно держать в тишине.
Эдуар помолчал, слушая отзвуки праздника вдали.
— Мне кажется иногда, что это не Марсель умер, а я, — сказал он тихо, — вместо меня теперь живет какой-то другой человек. Этот другой не любит то, чем я всегда наслаждался, отвергает все то, что мне нравилось. Пиры, красивые женщины... деньги, слава... Все это перестало быть важным.
— А Эстель? — спросил Адриан.
— Эстель недостижима. Я буду всегда любить ее. Но это не заставит меня отказаться от служения Господу.
Повисло молчание. В тишине вдали угадывалась мелодия знакомой баллады. Эдуар прислушался, потом тряхнул головой и посмотрел на тамплиера.
— Эстель толкнула меня на путь к Господу. Я ей очень благодарен.
— Ты простил ее?
— Да. Бог ей судья. А я буду молить за нее Святую Деву.
Адриан помолчал.
— Ты знаешь..., — наконец заговорил он, — молитва от чистого сердца угодна Господу. Он слышит слова, идущие от сердца... И госпожа Эстель заслужила твоих молитв.
Спать Эдуар лег со спокойной душой. Теперь уже не важно, думал он, любит его Эстель или нет. Обманула она его, изменила ли... Важно то, что Эстель открыла ему тайну истиной любви, направила его на верный путь, была его путеводной звездой. И он должен быть ей благодарен. Закрывая глаза, Эдуар думал о том, что завтра Адриан будет стоять у борта ристалища и смотреть, как он сражается. Адриана он не подведет.