- Я хочу знать, что это, - непреклонно заявила Мирэ.
- А я что-то не очень. – Ноа посмотрел на Мирэ и попытался воззвать к гласу разума. – Давай засунем это обратно и избавимся. Отдадим кому-нибудь из местных, пусть разбираются. – И Ноа огляделся, ища «местных».
- А вдруг это важно? – не унималась Мирэ.
- Тогда тем более нам нельзя сюда лезть. – Ноа потряс амулетом, висящим на шее. – Это не гарантия. А это, - он указал на ампулы, - не какао с маршмеллоу.
- В том-то и дело. Вдруг мы нашли какую-то жутко интересную вещь? И ты собираешься ее отдавать, не выяснив? Чтобы все лавры забрали себе люди, которым ты ее отдашь, да?
Ноа вздохнул. Ему было интересно не меньше, чем Мирэ. Но мозг отдавал себе отчет, что находка может оказаться опасной не только в плане магических свойств, но еще и потому, что является краденой. Да, поневоле краденой, но кто будет разбираться, если явится хозяин? Разве кто-то просил Ноа и Мирэ совать свой нос в чужие руны и забирать чужие вещи?
- Мирэ, ты же понимаешь, что это не наше? Мы это украли.
Мирэ поджала губы.
- Пожалуйста, - попросила она. – Давай просто узнаем, что это за штука? Ну не просто так ее спрятали.
- В этом и проблема!
- Ты когда-нибудь видел что-то подобное?
- Я и лошадь с рогом впервые вживую увидел.
Ноа покрутил ампулу в пальцах. Жидкость умиротворяюще покачивалась.
Надеясь, что это не лекарство неизлечимо больного, Ноа сказал Мирэ:
- Хорошо, мы узнаем, что это, и отдадим либо Салливану, либо вернем на место.
Мирэ заулыбалась.
***
Жижа не поддавалась.
Ноа пролистал онлайн-справочник с фотографиями по магическим лекарствам. Мирэ прошлась по сокам всех известных растений, обладающих выраженными лекарственными свойствами. Потом они перешли к таблице Менделеева. Мирэ предположила, что жижа – это фосфор или нечто, связанное с фосфором. На черта прятать фосфор, она ответить не смогла, но вариантов больше не было, и Ноа стал искать, как разложить жижу на составные элементы, не вскрывая ампулу.
Они торчали в библиотеке и тайком приносили сюда еду. Остальные обитатели приюта, вероятно, считали их психами за то, что в погожие дни они занимаются ерундой, а не гуляют, как все нормальные люди.
- Не крошить у меня! – гаркнула Кравчик, когда увидела, как Ноа набирал в руку сэндвичей, пока Мирэ левитировала по воздуху стаканы с яблочным соком.
- Не будем, - хором ответили Ноа и Мирэ и движение к выходу из столовой не прекратили.
Из присутствующих учителей и воспитателей их никто останавливать не стал.
На четвертый день Ноа стал уставать от ампул и жижи. В его голове мелькал вопрос: зачем ему это сдалось? На улице сияло манящее солнце, а он пропадал то в архиве, то в библиотеке, не видя света. Лето не собиралось быть вечным.
Наполненная позитивной энергией Мирэ предложила в таком случае рыться в книгах на улице, но из-за тепла на задний двор вывалил почти весь приют и там яблоку негде было упасть. А в библиотеке их было только двое, и никто им не мешал. Только Жан иногда, но Жан было позволительно.
- Мы можем, - предложила Мирэ, - защитить ящик непроницаемым барьером, используя пять видов рун, смотри. Охранная руна Августа, защитная руна, руна препятствия, руна замкнутого кольца, руна Ткача…
- Кого?
Мирэ молча ткнула пальцем в руну, подозрительно напоминающую паука.
- Паук ткет паутину. Руна Ткача – она захватывает объект и не дает ему шевелиться. Ее, конечно, легко разрушить руной проникновения, но для этого руну надо чертить, а я убеждена, что у жижи нет ни разума, ни рук для таких действий.
- Как ты их запоминаешь? – проворчал Ноа.
- Я учу связками. Какая руна что делает и какими рунами эту руну можно сломать или взломать. Но вообще, я мало знаю. Их нужно зубрить все-таки.
Ноа покивал для приличия. Ему не слишком нравилось учить руны. Рун было много, а бесполезных — и того больше. Некоторые взламывались так легко, что их можно было применять только для того, например, чтобы кот не выскочил из переноски или под колесо велосипеда не попадались гвозди или стекло. Рунная магия имела силу, но, чтобы грамотно ей пользоваться, а не просто мелочно облегчать себе жизнь, требовалось посвящать этому занятию все свое время. Рунных магов было не так уж много, и они точно не валялись на каждом шагу. Ноа знал, что в крупных учебных заведениях были грамотные преподаватели рунной магии. Само собой, в их приюте руны изучались как бы между прочим и ни о какой даже минимальной программе не шло и речи.
Ноа представил, как в их приют внезапно приходит квалифицированный узкоспециализированный преподаватель, и прыснул. Мирэ, которая рассуждала о рунах, покосилась на него с неодобрением.