На секунду мелькнула мысль смять весь этот асфальт, превратить в гофрированный лист, а после закрыть глаза и оказаться в кровати в приюте. Это же так просто! Берешь – и…
- Ноа, Ноа, ноаноаноа, - бормотала Мирэ, будто, произнося его имя, могла ему помочь.
От ее голоса и впрямь стало легче. Дикая мысль уничтожить эту длинную дорогу исчезла, оставив после себя лишь ноющую боль в области переносицы. Ноа потер лоб, жмурясь и моргая. Мозг уже мог думать, и теперь разгонялся, соображая, что с ним произошло.
Мирэ держала его за предплечья, стоя на коленях напротив.
- Что случилось? – спросила она. – Это из-за телепортации? Зря мы ушли так рано. И вообще…
- Мирэ, - позвал Ноа, пробуя голос на вкус. Он мог внятно говорить – это уже неплохо. – Со мной что-то не так, кажется.
- Конечно, не так! – с пылом подтвердила Мирэ. – Ты болеешь.
- Я только что думал разнести здесь все, - сказал Ноа медленно, донося информацию.
- Что?
- Руки горели, - он поднял руки ладонями вверх, ожидая ожогов, но на них ничего не было. – И я… Голова. Я хотел все разнести. Думал, что станет легче. Наверно.
Они оба посмотрели на огоньки пламени, созданного Ноа. Место, на которое пришелся первый удар, представляло собой месиво веток и листьев.
Мирэ закрыла глаза. Считала до десяти или убеждала себя в чем-то? Ноа не знал. Он бы и сам закрыл глаза, но не мог перестать смотреть на тот клочок, где рос кустарник.
- Мы разберемся с этим, - сказала Мирэ, когда открыла глаза. – Мы со всем разберемся. Ага?
- Ага.
Ноа не ответил, а просто повторил за подругой. Проблем, которые они себе нашли, хватило бы на месяц-другой. Они преуспели меньше, чем за половину недели.
- 12 -
Они не стали наглеть и заявляться в дорогой отель, хотя могли. Ноа попросил Мирэ выбрать самый простой и незамысловатый, чтобы не попасться в руки магической полиции. Мирэ и сама не горела желанием искать что-то особенное, не до того было.
Нервничая из-за Ноа, из-за положения, в котором они оба оказались, Мирэ на пальцах спросила первого встречного о ближайшем отеле, и первый встречный произнес «Ирис Агадир». Радуясь, что все больше людей пользовались при нейминге международным английским, Ноа и Мирэ поспешили в указанном неопределенном направлении: первый встречный сделал мах рукой вправо и покрутил ей, изображая то ли дорогу с круговым движением, то ли поясняя, что нужно что-то обойти. Мультилингво Мирэ давать парню не рискнула, пришлось все понимать на чужом языке.
Они натолкнулись на магическую полицию почти за первым поворотом. Ноа успел схватить Мирэ за футболку и потянуть назад, увлекая за собой, спасая от глаз двух людей в красно-белой форме с вышивкой на груди МП. Здание они обошли, сделав крюк. Все лучше, чем объясняться, почему два туриста без денег и знания языка топают ночью в неизвестном направлении.
- Как будем платить? - спросил Ноа.
- Наличкой, - ответила Мирэ хмуро.
Ноа понимал, почему она злилась. Где-то с год назад они гуляли по Ванкуверу и наткнулись на парня, собирающего на семинар магов. Парень был одет в клоунский наряд, а потому сумел собрать всего десятерых людей в подвале. Он объяснял, как имитировать безналичную оплату и обманывать сканер, считывающий кредитки, но входной билет на семинар стоил тридцать баксов, а у Мирэ и Ноа денег не было. Услышать урок они не смогли. Сейчас бы умение обманывать терминалы очень пригодилось, а без него их могла спасти только иллюзия — тот же фокус, что Мирэ провернула, когда покупала мороженое, выдавая фантик за деньги.
- Они будут пересчитывать кассу, - заметил Ноа. - И обнаружат твои неденьги.
- Думаешь, я об этом не размышляла? А что делать? Заплатим сразу за две ночи, я на всякий случай подложу побольше фальшивых денег, чтобы не подумали на нас, когда станут высчитывать разницу.
- Может, украдем кредитку? - спросил Ноа.
- Поверить не могу, что именно ты это предлагаешь, - фыркнула Мирэ, переступая через пластиковые стаканчики, валяющиеся возле мусорного бачка, откуда их вынес ветер. - А как же святое правило: не укради?
- Мирэ, ну не начинай, - попросил Ноа. - У меня голова болит, я не хочу спорить.
- Все еще плохо, да? - спросила Мирэ, оглядываясь на Ноа и быстро просматривая его лицо на предмет невыразимых страданий.
Ноа преувеличил. Голова не болела, просто неприятно ныла в области висков и носа, и Ноа постоянно тянуло помассировать себе переносицу.
Зато из этой ноющей боли проглядывала польза: Мирэ стала чуть спокойней и покладистей. Приносить Ноа новые неприятности она не хотела и жутко боялась очередного его срыва. На чем именно был основан срыв, что служило предпосылкой, они оба не понимали, но лишний раз рисковать не стоило. После того, как это нечто накрыло Ноа на подходе к городу, Мирэ оставшуюся дорогу тревожно молчала и позволяла наслаждаться благословенной тишиной, не насыщенной вопросами типа «А что?», «А как думаешь?» или содержащей в себе уже бесившее Ноа слово «телепортация».