- Выкачивали магию? - Траул поддался вперед, уверенный, что у него проблемы со слухом. - Давай еще раз.
- Его органы очень состарились. Ощущение, как будто он колдовал без устали круглые сутки в течение года, - пояснил Марк. - Так сказали врачи. Они никогда такого не видели.
Траул смотрел на Марка. Марк смотрел на Траула, держа в руках папку и планшет.
- Так, - Траул не боялся, что свои сочтут его тугодумом, психом или престарелым невротиком. - Так. - Он неуместно усмехнулся и закрыл на мгновение глаза. - Марк, какого черта происходит? Какие идеи?
- Я не знаю, - признался Марк.
- Кто жертва?
- Еще выясняем.
- Какой смысл выкачивать магию? - рявкнул Траул, и Марк дернулся. - Извини, просто я не по...
Траул осекся. Теракт в Германии начал приобретать более ясные очертания. Там колдовал человек, что было невозможно в принципе. А здесь у них был ребенок, из которого что-то выкачивали. Если сложить два плюс два, то получается никак не пять.
Сообщать о своем открытии Марку, Траул не стал. Добрин был хорошим парнем, и Траул держал его в качестве личного помощника потому, что тот был верен своему виду. Если сказать сейчас, что у Траула подозрение, будто кто-то предает свой вид и продает магию — звучало как шутка или фильм ужасов — Добрин, чего доброго, расстроится и примет это за личную обиду. Он был слишком верным.
Каким образом магию можно забрать? Как ее продать? И сколько может стоить магия?
Траула передернуло. Он выпроводил Марка из кабинета, прислонился к двери и закрыл глаза. Вызвал Вильгельма, но секретарь того ответил, что господин занят и не будет доступен до утра.
Траул разочарованно посмотрел на остатки дымки вызова. И кому звонить? Анне? Траул не привечал эту женщину, но делать было нечего.
Кудри Анны возникли первыми — сегодня она убрала их в пучок, — а за ними и сама повелитель светлых. Она выжидающе уставилась на Траула.
- Ты одна? - спросил он.
- Да, разумеется. Какой смысл пользоваться защищенным каналом связи, если в офисе есть кто-то еще?
Траул мудро проигнорировал вопрос, заданный неизвестно зачем, и изложил то, что услышал от Добрина. Затем подумал и добавил то, до чего дошел. Анна не ужаснулась, не удивилась, а вежливо изобразила улыбку, от которой Траула воротило.
- Траул, мы уже обсуждали. Твои люди напутали. Это невоз...
Сегодня Траул не был в настроении выслушивать лекцию от дамы, которая сидела в кресле руководителя без году неделю. Он резко прервал ее.
- Анна, послушай. Не знаю, как у вас на вашей планете, но мы — я имею в виде повелителей магов — работаем иначе. Мы не высмеиваем информацию, не кривимся, не изображаем себя умнее, чем мы есть. Я не знаю, возможно, у тебя какие-то комплексы из-за того, что ты женщина в обществе меня и Вильгельма, или из-за того, что ты светлая. Но мы с тобой не враги и не соперники. Мне по природе своей не сесть на твое место, а тебе на мое. Так что мы делим?
Анна сжала губы в тонюсенькую ниточку.
- Далее, - продолжил Траул. - Я даю тебе наводку. Конечно, это твое дело, проверять что-то или сидеть на заднице ровно, но я бы не стал рисковать. Мне все равно, веришь ты моим людям или нет. Ты — глава светлых. Веди себя как глава. Темные тебе не враги.
- Я и не...
- Видел я твое интервью. И выпады в сторону Вильгельма, - фыркнул Траул. - Если у тебя есть желание попробовать светлых в качестве боевых магов, вместо моих людей, милости прошу на полигоны.
Анна снова сжала губы. На сей раз они практически исчезли с ее лица.
- Мои люди нашли ребенка, - повторил Траул. - Проверь, как у вас с пропажами. Было ли что-то подозрительное? Слово «невозможно» в контексте данных событий считаю неуместным.
- Магию нельзя продать, - прошептала Анна яростно, заменяя «невозможно» синонимом.
- И чудесно, если нельзя. Я первый обрадуюсь. Но давайте шевелиться.
Траул понял, что до одной достучался. Анна, злая на него за покровительственный тон, все-таки буркнула, что займется работой, и отключилась. Траул похвалил себя.
Происходящее ему очень не нравилось.
- 15 -
Когда с ноги сняли браслеты, до сентября оставалось всего две недели. Вот так быстро проходило лето, и уже скоро снова обещали начаться лекции и назойливый бубнеж Смита об ответственности перед экзаменами. Ноа представлял все вздохи и стоны, которые последуют за началом учебного года.
Погода испортилась, и все, кто сбежал из стен приюта, вернулись обратно, скрываясь от дождей, которые по прогнозам погоды, обещали лить несколько дней подряд, чтобы потом снова засияло солнце. От этого было обидно. Плохая погода в конце августа и хорошая — в сентябре? Кто так шутит?