- Ты сама предложила прийти и послушать, - ответил Ноа.
- Ну вот, послушали. Очень интересно. Ты на самом деле думаешь, что они одолжат у тебя соли или еще какой мелочи? Люди тебе остров предлагают. Значит то, что они потребуют взамен, стоит этого острова.
Ноа Мирэ услышал. Вступать в секту он не собирался, но было и впрямь интересно, ради чего все эти усилия.
- Я понял, - сказал он. - Мы сейчас уйдем, Мирэ.
Он вопросительно взглянул на Кристин: собирались ли она и ее приятель их задерживать или думали разойтись полюбовно?
- Я все понимаю, вам нужно время, чтобы переварить. Прошу, только подумайте. Мы готовы предложить вам еще больше. Любой каприз.
- Да, подумаем, - ответил Ноа, который в последнюю очередь хотел думать над такими скользкими предложениями.
- Мы не будем угрожать, - пообещала Кристин. - Или нападать. Возьми мою визитку, пожалуйста.
Она вытащила из кармана джинсов бумажку и вручила Ноа. Тот, не глядя, сунул ее в карман своих штанов.
- Да сейчас бы! - подал голос невидимка, молчавший до этого. - Сказано, притащить этих двух придурков. Я их притащу.
- Ты выполняешь мои приказы, - процедила Кристин. - Я сказала, они уйдут, даже если откажутся.
- Пошла ты, - посоветовал невидимка.
Все произошло слишком быстро. Позже Ноа не мог бы вспомнить последовательность действий каждого. Просто в один момент невидимка шагнул к ним. Он стоял ближе к Мирэ, та взвизгнула от неожиданности. Ноа, полный решимости устранить угрозу, встал перед Мирэ, схватил невидимку за плечо, отталкивая от себя и...
БАХ!
Мирэ взвизгнула повторно. Кристин тоже отшатнулась. Ноа закрыл глаза, защищая их от ошметков пыли, которые взорвались прямо перед его лицом. Пыли было много, она лезла в нос, кружилась облаком, стремясь рассыпаться повсюду.
Ноа не понял, где невидимка. Куда он делся? Бросил в него этой дрянью и решил зайти со спины?
Ноа выплюнул пяль, попавшую в рот, обернулся, ища противника. Но того нигде не было. Испарился он, что ли?
- Мирэ, - позвал он.
Он посмотрел на подругу, но та в немом ужасе пялилась на него. На ее лице тоже была пыль. На волосах.
Кристин рассматривала кружившееся в воздухе облако, которое медленно опадало на пол.
- Он все равно мне не нравился, - заявила она.
Ноа все еще не понимал.
- А этот куда делся? - спросил он.
Кристин подняла брови. Мирэ не моргала.
- Ты его только что уничтожил, - сказала Кристин. - Я не возражаю, честно. Он был ужасен.
- Я — что?
Ноа снова начал рассматривать пыль. Хлопья были разных размеров, разных оттенков.
- Уничтожил, - повторила Кристин. - А это значит, Ноа, что мои хозяева не ошиблись. Ты удивительный. Если передумаешь насчет моего предложения, позвони. Я буду рада встретиться с тобой снова. Не обязательно по работе.
Она восхищенно покачала головой, подхватила сумочку и пошла на выход. Ее острые каблуки без сантиментов прошлись по горстям пыли, которая, как понял Ноа, была не пылью вовсе. Это был прах.
- 17 -
Мирэ не кричала, не говорила. Вообще словно бы и не реагировала на любые внешние раздражители. Ноа предпочел бы шипение, укоры или обвинения. Все лучше этой мертвой тишины.
Они вернулись в приют, и Мирэ, лишь раз удостоив Ноа взглядом, ушла к себе. Не ушла — сбежала.
Ноа доплелся до своей комнаты. Залезать на третий ярус кровати он не хотел, поэтому упал на кровать Сэма Паркера. Тот вернулся из столовой, разворчался, что его место заняла «чужая туша», как он выразился, но спихивать Ноа не стал. Даже тоном заботливой тетушки поинтересовался не нужно ли Ноа чая. Потом поржал и отстал.
Ноа лежал весь оставшийся день. На другой — пропустил занятия. Парни из комнаты никогда не лезли к нему, но Ноа слышал, что кто-то предложил позвать Генри, а другой голос ответил ему, чтобы он успокоился.
Ноа не выдержал бы Генри и ушел бы прямо в окно, чтобы избежать осмотра и допроса.
Он не мог принять произошедшее и не знал, что было хуже. То, что человек превратился в прах от его касания, или то, что Мирэ его избегала. Будь она рядом, Ноа не варился бы с собственном соку, не рассматривал бы стену в тупом оцепенении, чувствуя себя частью интерьера. Нужен был человек, чтобы его переворачивать, потому что Ноа забывал.
Весь третий день после происшествия, он просидел в туалете. Закрылся в кабинке и злобно пинал дверь, когда кто-то пытался прорваться внутрь и проклинал его на все лады с той стороны. Его мутило, хотя он не ел двое суток.
Ночью приснилась тень.
Ноа дополз-таки до кровати. Паркер по доброте душевной оставил ее в полном распоряжении Ноа. Тот отключился спустя несколько секунд после того, как лег. И ему приснилась тень.