Я с трудом поднялась, чувствуя, как противно хлюпает вода в кроссовках. Джинсы и куртка были безнадежно испачканы, волосы противно липли к лицу. Вид у меня был, мягко говоря, жалкий.— Ну ты даешь, Оксанка! — Светка, отсмеявшись, протянула мне руку. — Давай, поднимайся.Я молча приняла ее помощь, стараясь не смотреть ей в глаза. Стыд и обида душили меня. Хотелось провалиться сквозь землю.— Домой, наверное, пойду, — пробормотала я, отряхивая одежду.— Да уж, тебе бы переодеться, — согласилась Светка. — Ну, бывай. И не грусти!Я кивнула и, не прощаясь, побрела в сторону дома. Настроение было окончательно испорчено.Подходя к подъезду, я увидела Ленку, сидящую на лавочке. Она была одна, и по ее распухшему лицу и красным глазам я сразу поняла, что она плакала.— Лен, ты чего? — я присела рядом.Ленка шмыгнула носом и уткнулась мне в плечо.— Папка… — всхлипнула она. — Он… он на меня накричал…Я обняла сестру, чувствуя, как внутри закипает гнев.— Что случилось? Рассказывай.— Когда ты ушла… — Ленка с трудом выговаривала слова сквозь слезы, — …он начал на меня орать. Что я… что я тоже… такая же, как ты… Что я… что я тоже ничего не добьюсь… Что я…Я крепче прижала к себе Ленку, чувствуя, как ее худенькое тельце сотрясается от рыданий. Слова отца, пусть и сказанные не мне, резанули по сердцу острее ножа.— Не слушай его, Лен, — прошептала я, гладя ее по голове. — Он пьяный, он не понимает, что говорит.— Он сказал… что я… что я должна… должна бросить школу… и идти работать… — Ленка снова всхлипнула.В этот момент во мне что-то щелкнуло. Все сомнения, страхи, неуверенность — все это отошло на второй план. Осталась только ярость. Праведная, обжигающая ярость.Я поднялась, отстранив от себя Ленку.— Не бойся, сестренка, — сказала я, глядя ей прямо в глаза. Голос мой, к моему собственному удивлению, звучал твердо и уверенно. — Никто тебя не заставит бросить школу. Никто не посмеет тебя обидеть. Я… я сделаю все, чтобы мы вырвались отсюда. Я поступлю в этот чертов "Горизонт", чего бы мне это ни стоило! Я докажу им всем, что они ошибались! Я положу к своим ногам весь мир, и "Горизонт" станет лишь первой ступенькой! Запомни мои слова!
Глава 2
На следующий день, едва рассвело, я уже стояла перед массивными дверями "Горизонта". Вчерашнее унижение и Ленкины слезы придали мне решимости. Я больше не собиралась прятаться и мечтать украдкой. Пришло время действовать.Я вошла внутрь, и меня тут же оглушила непривычная тишина. Вместо привычного шума и гама школьных коридоров — приглушенный гул голосов, шелест страниц, скрип дверей. Интерьер поражал воображение. Высокие потолки, украшенные лепниной, колонны из светлого мрамора, огромные окна, заливающие пространство светом. На стенах — картины, портреты известных ученых, цитаты из научных трудов. Все здесь дышало знаниями, историей, величием.Я огляделась, пытаясь сориентироваться. Куда идти? Где узнать информацию о поступлении? Вчерашние студенты, казавшиеся такими недосягаемыми, сегодня сновали мимо, не обращая на меня ни малейшего внимания.Наконец, я заметила небольшую табличку с надписью "Приемная комиссия". Туда мне и дорога.В приемной комиссии было немноголюдно. За столом сидела женщина средних лет с усталым лицом и стопкой бумаг перед ней. Я робко подошла и поздоровалась.— Здравствуйте, — сказала я. — Я хотела бы узнать… об условиях поступления. И… о стоимости обучения.Женщина, не поднимая головы, кивнула на стопку брошюр, лежащих на краю стола.— Вся информация там.Я взяла брошюру и начала листать. Условия поступления, перечень необходимых документов, проходные баллы… Все это я уже знала наизусть. Мне нужна была информация о стоимости.Наконец, я нашла нужный раздел. Цифры, напечатанные мелким шрифтом, словно ударили меня под дых. Сумма была… астрономической. Даже больше, чем я предполагала. Даже продав все, что у нас есть (а продавать, собственно, было нечего), мы не наскребли бы и половины.Я почувствовала, как к горлу подступает ком. Неужели все напрасно? Неужели мечта так и останется мечтой?Нет. Я не сдамся. Не сейчас.Я снова подошла к женщине за столом.— Извините, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал, — а можно еще узнать… об инженерном факультете?— Что именно? — женщина, наконец, оторвалась от своих бумаг и посмотрела на меня.— Я… я хотела бы поговорить с деканом. Или… с кем-нибудь, кто отвечает за… за студентов.Женщина вздохнула и указала рукой на дверь в конце коридора.— Деканат инженерного факультета — прямо и направо. Кабинет декана — последний по коридору. Но не уверена, что вас примут. У декана сейчас, наверное, совещание.Я поблагодарила ее и направилась к указанной двери.Деканат оказался небольшим, но уютным помещением. Секретарь, молодая девушка с ярким макияжем, удивленно посмотрела на меня.— Вы к кому?— К декану, — ответила я. — По поводу поступления.— У декана совещание, — отрезала девушка. — Приходите позже.— Пожалуйста, — я сделала шаг вперед. — Это очень важно. Я подожду.Девушка, видимо, сдалась под моим напором. Она вздохнула и скрылась за дверью с табличкой "Декан инженерного факультета, профессор Соболева Ирина Петровна".Через минуту она вышла.— Проходите.Я вошла в кабинет. Просторный, светлый, с большим окном, выходящим на университетский двор. Массивный письменный стол, заваленный бумагами, книжные шкафы, заполненные до отказа, кожаное кресло, в котором сидела…Деканша оказалась совсем не такой, как я ее себе представляла. Вместо строгой, седовласой дамы в очках — энергичная женщина лет сорока, с короткой стрижкой и пронзительным взглядом серых глаз. На ней был строгий, но элегантный костюм, и выглядела она скорее как успешный бизнесмен, чем как преподаватель.— Слушаю вас, — сказала она, жестом приглашая меня сесть.Я села на стул, стоящий перед столом, и, сбивчиво, но стараясь говорить четко, рассказала о своем желании поступить на инженерный факультет, о своей ситуации, о Ленке, о родителях. И, наконец, о главном.— …Поэтому я хотела спросить, — закончила я, — есть ли возможность… получить рассрочку на оплату обучения? И… могу ли я устроиться на работу в университете? Ну, например… уборщицей? Я готова на любую работу, лишь бы… лишь бы учиться здесь.