6
Глава 6: Тонкая грань и вспышка ревности
Сообщение от Игоря жгло Насте пальцы. Она знала, что её поступок не останется без внимания. И хотя внутри неё шевельнулось предвкушение надвигающейся бури, одновременно было и странное чувство удовлетворения от того, что она, пусть ненадолго, выскользнула из-под его контроля. Проведя вечер с Сергеем и Леной, она почувствовала себя... чище, что ли. Но это была лишь мимолётная иллюзия, развеянная реальностью её новой жизни.
Наутро, вернувшись в Москву, Настя погрузилась в рутину. Открытие нового клуба в Сочи требовало её полного внимания. Звонки от поставщиков, согласование дизайна, бесконечные переговоры. Михаил Петрович был доволен её успехами, и это было главным. Их встречи продолжались, всё такие же отстранённые, деловые, хоть и всегда заканчивающиеся в спальне. Настя научилась воспринимать это как необходимый элемент сделки, не позволяя эмоциям вмешиваться.
Через несколько дней, когда Настя заканчивала проверку нового дизайн-проекта в своём офисе, раздался звонок на её личный телефон. Незнакомый номер. Она ответила.
— Анастасия Вячеславовна? Это Артур Громов.
Настя вздрогнула. Артур Громов. Тот самый харизматичный политик, с которым у неё была мимолётная, но страстная интрижка на вечеринке на Рублёвке, ещё до того, как Игорь ворвался в её жизнь. Он был молод, амбициозен и невероятно привлекателен.
— Артур? Какими судьбами? – Настя постаралась, чтобы голос звучал спокойно, хотя сердце забилось быстрее.
— Просто соскучился, Настя, – его голос звучал мягко и обольстительно. – Проезжал мимо вашего офиса, решил заглянуть. Есть пять минут?
Настя на мгновение заколебалась. Это было опасно. Она была теперь "под крылом" Петрова, и любые другие связи могли вызвать его гнев. Но мысль о том, чтобы снова окунуться в беззаботный флирт, который не требовал оплаты ни деньгами, ни душой, была слишком заманчивой. И ещё... ей нравилось дразнить судьбу.
— Пять минут всегда найдутся, Артур, – сказала она, и в её голосе прозвучало лёгкое кокетство.
Через пару минут Артур Громов вошёл в её кабинет. Он выглядел ещё более впечатляюще, чем в тот раз: безупречный костюм, лучезарная улыбка, уверенный взгляд. Он прошёл прямо к ней, взял её руки в свои и легко поцеловал.
— Вы прекрасны, Настя. Как всегда.
Настя рассмеялась, наслаждаясь его вниманием. Они говорили о политике, о моде, о слухах в высшем свете. Разговор был лёгким, приятным, не обременённым никакими обязательствами. Настя почувствовала себя расслабленной, почти беззаботной. Артур смотрел на неё с восхищением, его глаза горели.
— Настя, я тут подумал… – начал он, его голос стал чуть ниже. – Мы ведь так и не закончили наш… разговор, в тот вечер.
Он наклонился к ней, его дыхание опалило её губы. Настя чувствовала, как её тело откликается на его близость. В этом не было той дикой, тёмной страсти, что связывала её с Игорем, но была лёгкость, азарт, молодое желание. Она почти забыла, как это бывает.
Их губы соприкоснулись. Поцелуй был мягким, но постепенно набирал силу. Настя закрыла глаза, позволяя себе насладиться моментом. Руки Артура скользнули по её талии, притягивая ближе.
В этот самый момент дверь кабинета распахнулась. На пороге стоял Игорь Резников.
Его лицо было бледным, глаза горели холодной, почти мертвенной яростью. В его взгляде не было ни тени прежней усмешки, только чистое, неразбавленное бешенство. Он стоял неподвижно, как застывшая статуя, но его присутствие наполнило комнату таким напряжением, что Настя почувствовала, как по ней пробежал холодок.
Артур Громов резко отпрянул от Насти, его лицо побледнело. Он сразу понял, что столкнулся с чем-то намного более опасным, чем рядовой муж.
— Игорь Владимирович, – Артур попытался выдавить из себя улыбку. – Какая неожиданность.
Игорь не ответил ему. Его взгляд был прикован только к Насте. Настя, несмотря на страх, решила подыграть. Она демонстративно поправила волосы, её губы растянулись в тонкой усмешке.
— Игорь Владимирович, – её голос звучал нарочито спокойно. – Вы опять не стучитесь. Я же просила.
Эти слова, сказанные с лёгким пренебрежением, стали последней каплей. Лицо Игоря исказилось. Он сделал шаг вперёд, его глаза горели безумным огнём.
— Заткнись, Настя! – его голос прозвучал как удар хлыста, низкий и угрожающий. – Ты слишком много о себе возомнила.
Он резко схватил её за руку, его пальцы сжались так, что Настя почувствовала боль. Он притянул её к себе, его взгляд был полон жгучей ненависти и такой же сильной, безумной ревности. Артур Громов, понимая, что ситуация выходит из-под контроля, попятился к выходу.
— Я думаю, я оставлю вас… поговорить, – пробормотал он, и через мгновение его уже не было в кабинете.
Игорь отпустил руку Насти, но тут же схватил её за волосы, оттягивая голову назад. Его глаза смотрели прямо в её, полные невыносимой, душившей его ярости.
— Ты думаешь, я не узнаю, Настя? Думаешь, я не знаю, с кем ты спишь? – прошипел он, его голос был положен на невидимые струны боли и гнева. – Ты с ним, с Петровым, с этим молокососом Громовым… Ты позоришь себя! Ты играешь со мной!
Настя усмехнулась, её глаза сверкали. Она чувствовала, как эта ярость его пожирает. И это давало ей странное наслаждение.
— Моя жизнь, Игорь Владимирович. Я делаю что хочу. И с кем хочу. А вы… вы просто хотите меня контролировать.
Это было последней каплей. Ярость Игоря была безграничной. Он резко подхватил её на руки и бросил на большой стол, который занимал центральное место в кабинете. Вазы, документы, ручки – всё полетело на пол с грохотом. Настя ахнула от неожиданности и удара. Он навис над ней, его глаза были чёрными от ярости.
— Контролировать?! – прорычал он. – Я покажу тебе контроль, Анастасия! Я покажу тебе, кому ты принадлежишь!
Его руки безжалостно разорвали ткань её блузки. Пуговицы отлетели в разные стороны. Настя попыталась сопротивляться, но его сила была подавляющей. Он сорвал с неё юбку, обнажая её тело. Его поцелуй был диким, жестоким, полным ярости и унижения. Он брал её, не спрашивая, впиваясь в её тело, пытаясь стереть из неё всё, что принадлежало другим. Настя чувствовала, как её тело горит под его прикосновениями, как страх смешивается с безумным, запретным возбуждением. Он хотел подчинить её, сломать её волю, и в этот момент она чувствовала, как почти готова ему отдаться.
Сцена была полной неконтролируемой ярости и первобытной страсти. Игорь двигался быстро, его удары были сильными, полными гнева и отчаянной ревности. Настя кричала, её крик был смесью боли и наслаждения. Она впивалась ногтями в его спину, пытаясь хоть как-то выразить свой протест, но её тело предавательски отвечало, выгибаясь навстречу, требуя большего. Он не дал ей опомниться, доводя до пика раз за разом, пока она не потеряла ощущение реальности. Ей было одновременно унизительно и дико приятно, что он настолько теряет контроль из-за неё.
Когда всё закончилось, Игорь тяжело дышал, его голова уткнулась в изгиб её шеи. Настя лежала, её тело было мокрым от пота и дрожало. В кабинете царил хаос: разбитые вазы, разбросанные документы, порванная одежда.
Игорь медленно поднял голову, его взгляд был по-прежнему тёмным, но уже без прежнего безумия. Он смотрел на Настю, а затем провёл пальцем по её скуле.
— Ты моя, Настя, – прошептал он, и в его голосе прозвучало нечто, похожее на отчаяние. – Ты всегда будешь моей.
Настя лишь усмехнулась, горько и устало.
— Посмотрим, Игорь Владимирович. Посмотрим.
Она знала, что он прав. Эта игра была опасной. Но она не могла остановиться.