12
Глава 12: Новые горизонты и настойчивость Резникова
Настя проснулась на следующее утро с тяжёлой головой и опустошённым сердцем. Циничный ответ Игорю оставил горькое послевкусие. Она добилась своего – оттолкнула его, доказала, что не поддастся эмоциям. Но какова была цена? Одиночество давило сильнее обычного.
Несмотря на внутреннюю борьбу, Настя с головой окунулась в работу. Она начала процесс юридического оформления участка Тарасовки. Это оказалось сложнее, чем она предполагала. Земля переходила из рук в руки много раз, и теперь, когда часть её была у неё, Настя почувствовала, что хочет собрать всё воедино. Это стало её новой одержимостью. Она проводила часы с юристами, изучая документы, пытаясь понять каждый нюанс и каждую деталь, связанную с родовым гнездом.
Отношения с Михаилом Петровым оставались неизменными: он давал деньги и возможности, она платила своим телом и покорностью. Настя всё больше ощущала себя механизмом, который безотказно выполнял свои функции, получая взамен власть и роскошь.
Сергей по-прежнему оставался в больнице. Его состояние стабильно, но без изменений. Настя продолжала навещать его и Лену, стараясь быть рядом. Каждый раз, видя угасающий свет в его глазах, она ощущала укол вины и бессилия.
Через две недели после их последней встречи, когда Настя находилась в одном из своих питерских клубов, готовясь к важной встрече с инвесторами, в зале появился Игорь. Он вошёл как обычно, без стука, без предупреждения. Его взгляд моментально нашёл её среди толпы.
На этот раз в его глазах не было ни ярости, ни отчаяния, ни даже прежнего торжества. Была лишь холодная, целеустремлённая решимость. Он был спокоен, слишком спокоен, что тревожило Настю больше всего. Он подошёл к ней, его движения были медленными и выверенными.
— Анастасия Вячеславовна, — произнёс он, его голос был абсолютно ровным. — Надеюсь, вы нашли время обдумать мой вопрос.
Настя вскинула бровь, пытаясь разгадать его замысел.
— Какой вопрос, Игорь Владимирович? У меня много вопросов и ещё больше ответов.
Игорь слегка наклонил голову, его губы растянулись в едва заметной, но очень опасной улыбке.
— Моя любовь, Настя. Вы спросили, сколько она стоит. Я подумал. И нашёл ответ.
Настя почувствовала, как по её спине пробежал холодок. От его спокойствия ей стало не по себе.
— И каков же ваш ответ? — спросила она, стараясь сохранить надменность.
Игорь сделал шаг ближе. Его глаза смотрели прямо в её, пронзительно и требовательно.
— Моя любовь, Настя, стоит всей Тарасовки. До последнего гектара. До последней травинки. И не просто вернуть её вам, но и сделать её вашей, официально, без сучка и задоринки. А взамен… — он замолчал, его взгляд стал жёстким. — Вы выходите за меня замуж.
Слова Игоря прозвучали как гром среди ясного неба. Настя опешила. Это было самое немыслимое предложение, которое она могла себе представить. Тарасовка… вся Тарасовка. Это было то, о чём она мечтала, не смея даже надеяться. Но замужество с Игорем? Это была абсолютная, полная капитуляция.
— Что?! — вырвалось у Насти. — Вы… вы шутите?
Игорь лишь покачал головой.
— Я никогда не шучу, Анастасия, когда речь идёт о важных вещах. Тарасовка — это лишь начало. Я могу дать тебе всё, Настя. Власть, деньги, защиту. И да… я могу дать тебе эту чёртову свободу, но только рядом со мной. Потому что никто другой не посмеет даже взглянуть в твою сторону.
Он протянул ей руку.
— Мой юрист уже занимается скупкой всех участков, что когда-либо принадлежали вашей семье. Это будет долго, дорого, но я сделаю это. Для тебя. А теперь… — его взгляд стал мягче, в нём мелькнуло что-то похожее на надежду. — Твоё слово, Настя. Да или нет?
Настя стояла, не в силах пошевелиться. Вся её жизнь, все её стремления, все её сделки – всё вело к этому моменту. Тарасовка. Её родовое гнездо. Возвращение отцовской чести. И цена… цена была её свобода, её независимость. Или, быть может, её единственная возможность обрести настоящую опору?
Она посмотрела на Игоря. Он не улыбался, не давил. Просто ждал. В его глазах Настя видела не только собственничество, но и глубокое, странное чувство, которое она, возможно, не могла назвать любовью, но которое было реальным и сильным.
— Я… — начала Настя, её голос дрожал. Она была на пороге самого важного решения в своей жизни.