Перед ним стояла Катя. Его первая любовь. Девушка, с которой он гулял по этим самым улицам, мечтая уехать в большой город и стать знаменитым художником. Она почти не изменилась. Только во взгляде появилась мудрая усталость и какая-то новая, материнская мягкость.
- Кать…, - не нашел он слов.
Она пригласила его зайти. В маленьком, но уютном домике пахло пирогами. Но главным сюрпризом были двое детей. Мальчик лет семи, вылитый Миша в детстве, с темными вихрами и смуглой кожей, и та самая девочка с хвостиками.
- Это Сережа и Полина, - сказала Катя, и по тому, как она посмотрела на детей, было ясно - они все ее.
Миша играл с детьми, а Катя готовила чай. Он узнал ее историю. Она уехала учиться в губернский город, вышла замуж, родила детей. Муж оказался подлецом, бросил их, когда Полине был всего год. Катя вернулась в деревню к больной матери. Работала в местной школе учителем рисования и музыки. Жили трудно, но дружно.
- А ты? - спросила она, подавая ему кружку. - Я слышала, ты в Москве, женился на дочери какого-то олигарха.
Миша горько усмехнулся. И вдруг, сам того не ожидая, выложил ей все. Историю своей «блестящей» жизни, подставу, крах, свое бессилие и стыд. Говорил он долго, а она молча слушала, не осуждая и не перебивая. И в тишине этого простого дома, под беззвучный присмотр детских рисунков на стенах, до него стало медленно доходить. Он смотрел на Катю, на ее наполненную простым и понятным смыслом жизнь, на ее детей, которые смотрели на него с открытым любопытством и доверием. И его московская драма, его погоня за статусом, его падение - все это вдруг показалось ему ненастоящим, надуманным, каким-то детским и глупым спектаклем.
Зазвонил телефон. Это была Лиза. Она сказала, что во всем разобралась. Ей позвонил аноним (это был все тот же Артем, наслаждавшийся местью, но теперь уже косвенно, через разоблачение) и рассказал о подставе. Александр в ярости уже нанимал лучших юристов, чтобы очистить имя Михаила и уничтожить Артема.
- Миш, прости меня! Прости папу! Мы были слепы! Возвращайся домой, пожалуйста! - плакала она в трубку.
Миша молча смотрел в окно на уснувшую деревню. Он смотрел на Катю, которая убаюкивала на руках уже уснувшую Полину. Он чувствовал себя на распутье. Позади - блестящая, но лживая жизнь, возможность вернуть все и снова стать «успешным» зятем Филимонова. Впереди - тихая, бедная, но честная и настоящая жизнь.
- Лиз, - сказал он тихо. - Мне нужно время. Подумать.
Он положил трубку. Катя смотрела на него, ничего не спрашивая. В ее глазах не было ни надежды, ни требования. Было лишь понимание. Миша подошел к Сереже, который что-то увлеченно рисовал.
- Что это? - спросил он.
- Это наш дом, - серьезно ответил мальчик. - И тут все мы. Мама, я, Поля… и папа, когда он вернется. Мы его никогда не видели.
Миша положил руку на его плечо. Он стоял на пороге своего прошлого, которое неожиданно стало возможным будущим. И впервые за долгое время он чувствовал не панику и страх, а странное, щемящее чувство покоя. Он был дома. И ему предстояло сделать самый важный выбор в своей жизни.
Глава 10
Пока Михаил разбирался с последствиями краха и своим прошлым, Лиза, оставшись в Москве, нашла в себе неожиданную силу. Шок от подставы Артема, боль от разлуки с мужем и врожденная филимоновская хватка заставили ее перестать быть жертвой. Она не стала ждать, сложа руки. Она с головой окунулась в работу. Ее скромная студия ландшафтного дизайна, которую она открыла еще до всех этих событий, неожиданно получила ошеломительный заказ. Речь шла о проекте целого парка для одного из новых элитных поселков. Лиза работала сутками, черпая вдохновение в воспоминаниях о просторах и природе Ельниково. Ее проект был гениален в своей простоте и органичности - он выгодно отличался от вычурных работ маститых столичных дизайнеров.
Вернисаж ее выставки, посвященной этому проекту, стал событием в мире дизайна. Зал был полон. Александр, пришедший поддержать дочь, с гордостью наблюдал, как Лиза, уверенная и прекрасная, парирует комплименты и отвечает на вопросы журналистов. В его глазах она наконец-то стала не просто его дочерью, а самодостаточной личностью. Именно в этот момент он увидел молодую девушку - Евгению, похожую на ту самую Стефанию. Она стояла немного в стороне, изучая один из эскизов Лизы с видом знатока. Высокая, утонченная, с пронзительным взглядом и алым цветом на губах. Она была одета в строгое, но безупречно сидящее платье, подчеркивающее ее идеальные формы. Это была красота не мягкая, а холодная, опасная и оттого неотразимая. Она почувствовала его взгляд и обернулась. Ее губы тронула едва уловимая улыбка. Александр, привыкший к тому, что женщины сами бросаются ему в руки, почувствовал нечто забытое - азарт охоты. Он подошел и завязал разговор. Евгения оказалась владелицей арт-галереи, тонким ценителем искусства и... невероятно умной собеседницей. Она парировала его шутки, бросала ему вызов, смотрела прямо в глаза без тени подобострастия. Александр потерял голову. Впервые за многие годы он чувствовал не расчетливый интерес, а настоящую, всепоглощающую страсть. Евгения стала его наваждением.