- Конечно, Виктор Петрович! С огромным удовольствием. Передайте Марине Игоревне наилучшие пожелания.
Он положил трубку и снова посмотрел на фотографию Стефании. Легкомысленная, блистательная актриса, чья личная жизнь - постоянная тема для желтых сплетницких колонок. Идеальная любовница. И абсолютно неприемлемая жена для человека, который метит в правление компании, где главный босс бредит семейными ценностями. Его мысли снова вернулись к Дарье. К этой деревенской девочке с большими, полными надежды глазами. Она была его аварийным выходом. Его гениальным, хоть и отчаянным, ходом.
Он не встретил Дарью, как обещал, ссылаясь на кучу дел. В один из дней он получил от нее смс. «Александр, я не знаю, как сказать… Я беременна».
Первой реакцией была паника. Потом - злость. Потом - холодная, аналитическая мысль. Он заставил себя все взвесить. Дарья Прокофьева. Из простой семьи. Мечтает о Москве и карьере. Влюблена в него до беспамятства. Беременна. Это был не промах. Это был… подарок судьбы. Она была идеальным кандидатом на роль жены. Беременность была главным козырем. Он мог представить все так, будто они поженились по большой любви и вот-вот станут образцовой семьей. Это сняло бы все вопросы о его «благонадежности» и раз и навсегда закрыло бы тему отношений со Стефанией в глазах руководства. Александр не любил Дарью. Он использовал ее. Так же, как использовал бы любой другой актив в своей карьерной игре. Его сердце принадлежало Стефании, и это причиняло физическую боль. Но он научился отделять сердце от разума. Разум говорил: «Дарья - твой билет наверх».
Александр подошел к окну. Москва вечерела, зажигая миллионы огней. Он смотрел на этот город, который нужно было завоевать. Цена уже не имела значения. Он набрал номер Стефании.
- Стеш, слушай, я не смогу сегодня… Да, знаю, ты хотела поехать в тот клуб… Дела. Да, серьезные. Я тебя люблю.
Он сказал это последней фразой тихо, почти с болью, а потом положил трубку.
- Ты получишь свой блеск столицы, Дарья, - прошептал он беззвучно, глядя на огни города. - А я получу свое место под этим солнцем. Только не требуй от меня любви. Это единственная валюта, которую я не могу тебе дать.
Он уже составлял в уме план: встретиться с ней, устроить ее в хорошую, но не слишком дорогую квартиру, чтобы не выглядело показной роскошью, затем познакомить с Виктором Петровичем и его женой, устроить скромную, но трогательную свадьба… Шахматная фигура была поставлена на доску. Теперь оставалось только сделать ход.
Глава 3
Тишину огромной квартиры в элитном ЖК «Царская слобода» нарушал лишь мерный перезвон хрустальных подвесок на люстре и тихое посапывание из спальни. Даша на цыпочках прошла по холодному кафельному полу на кухню, размером с полдеревенского дома ее родителей, и принялась готовить молочную смесь. Действия ее были выверенными, автоматическими. Три мерные ложки, вода ровно тридцать семь градусов, взболтать, проверить каплю на запястье.
Прошел год с того дня, как она приехала в Москву. Год, который разделил ее жизнь на «до» и «после». «После» оказалось холодным, стерильным и бесконечно одиноким. Роды были тяжелыми. Александр нанял лучших врачей из частной клиники, но его интересовал только результат: здоровый ребенок. Когда акушерка вынесла и положила ему на руку маленький, красно-синий сверточек, его лицо озарила улыбка, которую Даша никогда не видела направленной на себя. Это была не улыбка мужа или любовника. Это была улыбка собственника, получившего в руки свой самый ценный актив.
- Елизавета Александровна Филимонова, - произнес он с торжественностью, словно представляя совету директоров новый успешный проект. - Лиза.
С тех пор его мир сузился до дочери. Он души в ней не чаял. Каждый вечер, возвращаясь с работы, он первым делом шел в детскую, заказанную у итальянских дизайнеров, и подолгу мог сидеть у кроватки, рассказывая ей о своих делах, о биржевых сводках, о новых контрактах. Он покупал ей горы одежды и игрушек, самых дорогих и экологичных. Лиза стала его вселенной. А Даша… Даша как была, так и осталась фоном. Обслуживающим персоналом при главном сокровище.
Она налила смесь в бутылочку и пошла в детскую. Лиза уже проснулась и лежала в своей роскошной кроватке, разглядывая крутящихся над ней механических зверюшек. Увидев мать, она сморщила личико, готовясь заплакать.
- Тише, тише, солнышко, мама здесь, - шептала Даша, беря ее на руки. Но стоило ей повернуться, как в дверях возникла высокая, фигура Александра.