Мне нужны были те, кто из приличных семей и желательно, чьи родители богатые, чтобы я могла вписаться в их тусовку и стать своей. Что я и сделала. Я давала этим девчонкам славу, которую им так хотелось иметь, а взамен получала выгоду — в виде их шикарных домов, в которых можно устраивать вечеринки, и их деньги, которые они с радостью тратили и на меня.
Королева я не только в университете. На самом деле, благодаря моей страничке в Instagram, у меня есть тьма поклонников и подписчиков. Для нашего города цифра весьма приличная — в мои двадцать один их 469 000. Уже какое-то время мне удаётся зарабатывать с помощью рекламы. Ещё и поэтому на меня в альма-матер смотрят, точно на идола, ведь я знакома со многими известными блогерами и артистами, с которыми встречаюсь на блогерских тусовках.
Чтобы наверняка зацепить богатого парня, я всегда знала, что мне нельзя быть глупой. Именно поэтому училась хорошо и в школе, и в университете. Не на отлично, чтобы не казаться зазнайкой, но вопросов к наличию у меня мозгов никогда ни у кого не возникало. Мне пришлось изучить немало литературы по психологии — помимо школьной и университетской, начиная с Фрейда, продолжая Юнгом. Хотя изучение психологии затягивает, и много чего интересного говорили Сократ и Платон, те, кто по сути были у истоков этой науки.
Но я делала это не просто так. Я ничего в этой жизни не делаю просто так. Многие говорят, что я добилась всего сама. Например, заканчиваю университет на факультете иностранных языков, и в будущем, по диплому, могу быть переводчиком итальянского, французского и английского. Это не случайно: чтобы быть с обеспеченным человеком, который будет ездить всё время за границу, нужно знать приоритетные языки. И хотя итальянский в этот список не входит, я уже прислушалась к сердцу, потому что всегда питала слабость к Италии и итальянскому языку. Если смотреть здраво, немецкий был бы выгоднее. Но я не смогла настолько заглушить своё сердце, иначе потеряла бы себя. Мне кажется, что порой я проживаю не свою жизнь, а ту, которую мне навязали родители. Однако я понимаю, что они сделали это из лучших побуждений, и именно поэтому я не хочу их подводить. Я делаю всё, как нужно.
— Адель, слушай, — кусает губу Рената. — Ну признайся, зачем тебе этот Матео Аварес? Ты хочешь, чтобы он стал королём универа? — Рената, хоть и из обеспеченной семьи, порой кажется мне очень глупой девчонкой, хотя внешне весьма привлекательной.
— Нет, Рената, — произношу с милой улыбкой на губах. — Я интересуюсь этим парнем, потому что хочу первой снять с ним влог, где он расскажет, почему такой богатый парень перевёлся в наш университет, который какой-то выдающейся славой никогда не блистал. Хотя, уверена, Rector Gómez писается от счастья, что сын такого человека, как Alejandro Awarez, который занимает высокое положение в туристическом бизнесе, будет учиться в этом маленьком, ничем не примечательном испанском городе.
— А мне кажется, что у нас неплохое образование в университете, — хмурится Вероника, а я закатываю глаза.
— Дорогая, — склоняю голову набок и аккуратно поправляю волосы, — образование у нас, может, и неплохое, однако оно никогда не сравнится со столичным университетом, откуда переводится Матео Аварес. И главный вопрос, который волнует всех, кто хоть как-то связан с этой темой: что же такого произошло, что его отец пошёл на такие кардинальные меры? Даже пресса пыталась найти ответ, но никому ещё не удалось докопаться до правды.
— Почему ты думаешь, что тебе удастся? — внезапно рядом садится Даниель, который напугал меня до чёртиков. За это получает затрещину, вполне заслуженно.
— Дани, ты идиот? — выгибаю брови. — Зачем пугать так?!
— Прости, малышка, — пожимает плечами с улыбкой. — И всё же, Адель, с чего ты взяла, что парень станет делиться с тобой тем, что не смогли узнать даже журналисты?
— Дани, — склоняю голову на бок и смотрю на парня снисходительно, — дорогой, ты посмотри на меня. — Вот ты бы рассказал мне свои секреты, милый? — томно говорю полушёпотом, переходя на итальянский: Dimmi la tua verità, caro? — Дани, уже неосознанно, тянется ко мне своими губами, от чего я начинаю смеяться. — Думаю, теперь, Даниель, ты прекрасно понимаешь, почему я так в себе уверена, — пожимаю плечами и снова утыкаюсь взглядом в телефон.