— Мне, наверное, не стоило просить тебя ехать вместе со мной, — сказал герцог, словно угадав ее мысли. — Ты скучаешь по Мелвину, да еще и жара эта сумасшедшая…
— Ничего страшного.
Он расстегнул последнюю пуговку, скользнул ладонями по плечам жены, помогая ей сбросить платье, и взялся за корсет. Вивиан стояла неподвижно, ожидая, когда он закончит. Ей хотелось спать. А муж, как нарочно, не торопился — медленно вытягивая то один конец шнура, то другой, его пальцы поднимались вверх по ее спине, изредка касаясь кожи, прикрытой тонкой паутиной нижней рубашки, и конца этому не было. Герцогиня, привычно подавив нарастающее раздражение, чуть повернула голову.
— Кажется, ты устал куда больше меня, — с полуулыбкой сказала она. — И уже начал засыпать стоя?
Пальцы Кендала замерли на мгновение.
— Похоже на то, — после паузы отозвался он, несколькими отнюдь не сонными движениями завершая начатое. Расшнурованный корсет пополз вниз. Герцогиня сделала шаг вперед, одновременно освобождаясь от платья и нижних юбок, скинула нижнюю рубашку и потянулась к ночной, уже предусмотрительно разложенной горничной на постели. Красноватые блики дрожащих свечей играли на гладкой коже, ничуть не тронутой возрастом, скользили по точеным белым плечам, обнимали узкую талию, по-девичьи пленительные бедра и стройные ноги — две беременности не оставили на теле герцогини ни единого отпечатка. Кендал порой даже жалел об этом, хоть и понимал, что несовершенство Вивиан все равно ничего бы не изменило.
Герцогиня облачилась в рубашку и улеглась в постель.
— Скоро начнет светать, дорогой, — сказала она, закрывая глаза. — Ложись, завтра будет трудный день. Только не забудь потушить свечи.
Она зевнула, прикрыв лицо рукавом, и отвернулась к стене.
Герцог не ответил. Он молча смотрел на жену, все так же не двигаясь с места и до сих пор ощущая в ладонях натянутый шнур корсета. Его недавняя медлительность не имела к усталости никакого отношения, и Вивиан это знала. Оттого и не спешила так с рубашкой — не потому, что желала близости, а только лишь в попытке ее избегнуть. «Сомнительная компенсация, но все же лучше, чем ничего», — Кендал внутренне усмехнулся. Винить ему было некого, в конце концов, он знал, на что шел, когда брал Вивиан в жены.
Его светлость отвел глаза от кровати, поднял с ковра одежду супруги, аккуратно расправил и повесил на спинку второго кресла. С сомнением взглянул на окно — оставить открытым? Да, пожалуй. Все равно вставать ни свет, ни заря, воздух еще не успеет прогреться.
Он, подавив зевок, задул свечи. И уже до середины расстегнув рубаху, поморщился — запястье левой руки кольнула невидимая горячая игла. Потом еще одна, и еще. Кендал, подняв руку, резко сдвинул брови: металлический обод сигнального браслета наливался багровым пламенем, раскаляясь с каждой секундой.
— Мелвин?.. — вырвалось у него. На постели шевельнулась жена, но он этого не услышал. Запястье обожгло огненным кольцом. Кендал эль Хаарт, расправив плечи, стремительно шагнул в центр комнаты, вскинул руки, одним движением вывел в воздухе перевернутую восьмерку — и, крутанувшись вокруг своей оси, растаял в мутном воздушном смерче.
Сигнальные браслеты притягивались один к другому, и принцип их действия госпоже Делани был известен. Поэтому, добравшись до детской и торопливо набросив на шею свой амулет, она вернулась вниз, взяла из кухни жестяную миску и разожгла в ней огонь. Поставила миску на пол. А потом, стянув с руки металлический обод, бросила его в самый центр пламени. Магией было бы проще, да и быстрее, но Тесса побоялась выпускать из-под контроля силу — девушке из библиотеки могло хватить и случайного прикосновения, чтобы уже не проснуться.
«Как она здесь оказалась? — думала воспитательница, одновременно глядя на огонь и прислушиваясь к окружающей тишине. — Кто она такая?» Госпожа Делани качнула головой. Как незваная гостья попала в дом, яснее ясного — конечно, через открытое окно. Но вот чего ради? Что понадобилось у эль Хаартов ей, не обладающей даже крупицей дара? Неужели тот, к кому она так доверчиво прижималась там, на диване?.. В памяти всплыла залитая лунным светом дорожка, ведущая от сада к крыльцу, и двое молодых людей, что держались за руки, улыбаясь друг другу. Нейлар эль Хаарт и девушка — эта самая девушка, в том не было никаких сомнений. Те же густые, темные, вьющиеся волосы, собранные атласной лентой, такое же, хоть и другое, ситцевое домашнее платье, простое, но отлично сшитое и явно недешевое. Незнакомка была не из простых. Но что она делала ночью в чужом саду, да еще и в компании мага? Зачем явилась теперь, не побоявшись даже отсутствия амулета на том, к кому пришла? Разве она, в ее годы, не знала, что он из себя представляет?.. «Знала, — поняла госпожа Делани, — Не могла не знать! Но как тогда понимать всё это?!»