Айрон медленно покачал головой:
— Я не о том. Это ведь она выдернула вас из Аморета, так? Она оставалась здесь, пока тебя не было. И, выходит, она — знает?..
Лицо герцога посерьезнело.
— Куда больше, чем мне хотелось бы. Но не убивать же ее теперь? — он поморщился. — Не бери в голову, это уже моя печаль. А госпожа Делани, поверь, не только хороший воспитатель, но и весьма здравомыслящая особа, к тому же, со своими принципами.
— То есть, молчать ей выгоднее?
Кендал неопределенно повел плечом, и друг понял, что говорить об этом он больше не хочет.
— Что ж, — помолчав, гость хлопнул ладонью по колену, — надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Но если твоя «здравомыслящая особа» вдруг решит, что продешевила…
— Не беспокойся, я не вчера родился. Уж как-нибудь разберусь своими силами.
— Отравишь, что ли?! — громким шепотом изумился Рексфорд, округлив глаза. Герцог эль Хаарт, рассмеявшись, взял в руки графин и плеснул в его бокал еще вина.
— Столь радикальные меры, Айрон, — успокаивающим тоном проговорил он, — далеко не всегда самые действенные. Тебе ли, бойцу, этого не знать? Пей. И забудь о госпоже Делани — во всех смыслах.
Граф Рексфорд в ответ скорчил кислую мину, но расспрашивать больше не стал. Прикончил свое вино, бросил взгляд в окно и оставил кресло.
— Мне пора, — сказал он. — Да и у тебя ужин стынет. Загляну еще в конце недели, или, если понадоблюсь, сам за мной присылай! Точно помощь не нужна?
Герцог эль Хаарт, признательно улыбнувшись другу, отрицательно качнул головой и тоже поднялся:
— Справимся. Разве что насчет охраны…
— Да понял уже. Будет. Двух десятков тебе хватит, или еще пяток накинуть?
— И одного достаточно, — махнул рукой хозяин дома. — Не поместье в тысячу акров, ноги не собьют, обходя. Спасибо, Айрон. И за поддержку тоже. Кстати! Чуть не забыл, есть у меня тут кое-что твое.
Он подошел ко второму слева застекленному шкафу, провел ладонью по стыку лакированных дверец, а когда те с щелчком распахнулись, сдвинул в сторону неплотный ряд книг на средней полке. Сунул руку в шкаф по самый локоть и вынул толстый увесистый том в потертом переплете телячьей кожи. Граф, приглядевшись, ахнул:
— Вот это новости!
«Овеществление, управление и сочетание» улеглось на стол перед гостем — и одновременно законным хозяином. Кендал закрыл шкаф.
— Вероятно, — проговорил он, следом за книгой протягивая товарищу аккуратно свернутый короткий плащ, — твой Райан щедростью пошел в мать, одолжив монографию другу, — в отличие от скареда-папеньки. И не то чтобы я сейчас на что-то намекаю…
— Перебьешься! — сердито отрезал Рексфорд, придирчиво осматривая книгу со всех сторон на предмет возможных царапин, пятен и боги знают чего еще. — В королевской библиотеке есть точно такая же, читай на здоровье. Помирать буду, может, и осчастливлю, а пока подбери слюни… Ну, Райан, держись! Вернусь домой — три дня у меня, доброхот этакий, стоя спать будешь!
Он свирепо раздул ноздри и, взяв из рук герцога сыновний плащ, бережно обернул им драгоценную монографию. Кендал, посмеиваясь, щелкнул пальцами, рассеивая звуконепроницаемый купол над библиотекой.
— Ты все-таки не зверствуй особенно, — уже провожая друга, сказал он. — Нейлар, я думаю, тоже постарался, выпрашивая, хотя и знал, что такие книги из дома в дом не таскают. Так что оба хороши.
— Угу, — угрюмо буркнул граф, выходя на крыльцо. — И я тоже. Под замок надо было прибрать, а не на верхнюю полку! Но кто же подумать мог?..
Он скорчил еще одну сердитую гримасу и, наскоро простившись с его светлостью, сбежал вниз по ступенькам. Герцог эль Хаарт, проводив глазами отъезжающий экипаж магистра, вернулся в дом.
Пустой тихий холл тонул во мраке, только из открытых дверей малой столовой тянулась широкая желтая полоса света, и слышались голоса — мальчишески звонкий, Мелвина, и негромкий, приятно грудной, его воспитательницы. Звякнула крышка. Его светлость застегнул жилет и вошел в столовую.
Накрытый на троих стол был скромен: блюдо с запеченными овощами, отварной картофель и холодная ветчина. В плетеной корзинке, укрытый льняной салфеткой, приготовлен нарезанный хлеб, рядом большой запотевший графин воды с фруктами и льдом, а напротив пустой тарелки во главе стола — глиняный чайничек с травяным отваром. Наверняка, еще горячий, подумал Кендал. И улыбнулся поднявшей голову госпоже Делани, что как раз повязывала салфетку своему подопечному:
— Выглядит аппетитно. Только не много ли? Нас всего трое, и такая жара — боюсь, опять больше половины пропадет зря.