Та не ответила. Медленно, аккуратно она закрыла газету, положила ее на стол и, выпрямившись, посмотрела на старшего брата. Маркиз Д’Алваро глаз не отвел. Он уже понял, что именно сестра прочла в светской хронике.
«Значит, эль Виатор? — помолчав, сказала баронесса. — Лавиния эль Виатор? Замечательно. Поздравляю, Астор!»
Руэйд, ничего не понимая, переводил взгляд с супруги на шурина и обратно. Что происходит? Что за Лавиния, при чем здесь эль Виаторы, к чему поздравления? «Инес, милая…»- начал было он, однако баронесса только резко дернула плечом, и муж растерянно умолк.
«Ну же, братец! — совершенно ледяным тоном произнесла баронесса. — Что ты молчишь?»
Астор, словно принимая вызов, нагнул голову:
«А что ты хочешь от меня услышать, Инес? Извинения?»
Губы сестры сжались в нитку. «Объяснения, Астор, — я жду объяснений, на которые имею право! Как все это понимать?!» Она со смесью возмущения и отвращения кивнула на «Огни Мидлхейма». Руэйд Д’Элтара нахмурился. Быстро протянул руку, взял газету и, пролистав пахнущие типографской краской страницы, замер, не веря собственным глазам.
«Герцог и герцогиня эль Виатор счастливы объявить о помолвке своей дочери, госпожи Лавинии эль Виатор, с маркизом Астором Д’Алваро, сыном покойных…»
Барон ахнул. «Астор!..»- в полнейшем замешательстве вскричал он, но тот даже головы не повернул в его сторону. Брат и сестра, сидящие за столом друг напротив друга, одновременно подались вперед как два изготовившихся к атаке дракона.
«Что тут понимать, Инес? — бросил маркиз Д’Алваро. — Да, я женюсь. Почему бы и нет?»
«На дочери Герхарда эль Виатора?!»- Темные, как у него самого, глаза баронессы сверкнули. Астор кивнул:
«Да, и что с того? Мне, кажется, уже достаточно лет, чтобы самому решать, когда и кого брать в жены. Или мне следовало прийти к тебе за благословением? Так ты мне не мать, Инес. И твой тон мне совершенно непонятен!»
Баронесса Д’Элтара, побагровев, задохнулась от негодования.
«Тон? Тон мой тебе не нравится?! А тесть, что свел в могилу твоего же друга, значит, как раз по тебе?!»
Плечи маркиза напряглись. Еще ниже нагнув голову, он приподнялся в кресле: «Я женюсь не на нем, а на его дочери, и не собираюсь спрашивать чьего-либо разрешения! Это мой выбор, сестра! И уж точно не тебе меня учить, как мне жить и что делать!»
Баронесса медленно сощурилась. Ее муж, беспомощно моргая, многоопытно втянул голову в плечи. «Вот как? — сквозь зубы процедила Инес Д’Элтара. — Твой выбор, стало быть? Прекрасно. Действительно, кто я такая, чтобы его оспаривать? Только ответь мне на один вопрос, любезный братец… Как выглядит Лавиния эль Виатор?»
В столовой повисло молчание. На щеках застигнутого врасплох маркиза против его воли заиграли желваки, барон обессиленно прикрыл лицо руками, а с губ баронессы слетел громкий уничтожающий смешок. «Тебе стоило взглянуть на нее, братец, — проговорила она, не сводя с Астора пылающего яростью взгляда, — или озаботиться хотя бы портретом, прежде чем делать из меня дуру! Ты знать не знаешь свою невесту, и уж точно не сам ее выбирал! Ты женишься только затем, чтобы навсегда закрыть перед Кассандрой двери Даккарая — не так ли?!» Инес, с трудом переведя дух, на миг опустила веки и усмехнулась. «Восхищаюсь Герхардом, — обронила она. — Так выгодно сбыть залежалый товар… Конечно, Астор, я тебе не мать. Но, да простят меня боги, я очень надеюсь, что мать твоих детей окажется под стать своему отцу, и ты поймешь, кому ты бросил под ноги честь рода Алваро!»
Лицо маркиза потемнело от гнева. «Это уже переходит всякие границы…»- начал было он, сжимая кулаки, но сестра лишь вновь нетерпеливо дернула плечом. А потом с громким скрежетом отодвинула свой стул, поднялась и направилась к двери. Руэйд Д’Элтара, отняв от лица ладони, привстал:
«Инес, дорогая! Прошу тебя! Не надо так, ты просто не понимаешь!..»
Баронесса, уже стоя на пороге, на миг обернулась. «Молчи, Руэйд. Уж лучше бы я действительно не понимала, — она посмотрела на взбешенного брата, и темные глаза стали холодны, как лед, что недавно звучал в ее голосе. — Делай что хочешь, Астор, меня это больше не касается. Но та, ради которой ты поступился собственной гордостью и выставил себя на посмешище, сегодня же получит мое благословение на учебу в Даккарае — может, тогда хотя бы кого-то в нашей семье мне не стыдно будет назвать офицером!» Баронесса Д’Элтара вздернула подбородок. И покинула столовую, хлопнув дверью так, что дом сотрясся от фундамента до самой крыши. Маркиз, тяжело дыша, сгорбился в кресле, невидящим взглядом упершись в стену. Руэйд Д’Элтара, сминая газету, что все еще держал в руках, горько улыбнулся.