— Пусть услышит нас тот, кто нас создал, и вдохнул жизнь в наши сердца! — торжественно произнесла королева Геона. Ее голос эхом разнесся над площадью — когда было нужно, он умел быть и сильным, и звучным. — Пусть увидит нас тот, кто подарил нам ветер, и дал силу нашим крыльям!.. Именем светлейшего Танора, именем неукротимого Антара — приветствую вас, хранители неба! И да будет оно ясным!
— И да будет оно чистым!.. — упругой волной прокатилось по площади ей в ответ. Наездники, отняв ладони от груди, подняли головы. Рауль, вместе со всеми, кто был на крыльце храма, последовал их примеру. Ее величество заговорила вновь. Короткая приветственная речь к каждому параду сочинялась разная, но смысл ее всегда был один и тот же — благодарность за верную службу, надежда на мирное небо над головой и призыв стоять на страже родных границ отныне и до скончания веков. С еще одной, финальной благодарностью. От года к году ничего не менялось, а нынешнюю речь, ко всему прочему, королева впервые доверила написать лично внуку, так что смысла прислушиваться сейчас никакого не было. Принц почтительно внимал, расправив плечи и заложив руки за спину, на его лице играла привычная полуулыбка, а взгляд медленно, почти лениво скользил от одного дракона к другому, от первой линии наездников ко второй…
Она была в шестом ряду, двенадцатой, как и в прошлый раз. На спине черного штурмовика — стройная, прямая, как натянутая струна, в синем офицерском мундире с серебряными нашивками. Золотистые волосы убраны в косу, выгоревшие пшеничные брови по обыкновению чуть нахмурены, строгие серые глаза глядят прямо перед собой. Редкий цветок, стальная лилия северных гор! Нет, дочь герцога эль Моури не была красавицей — слишком худая, даже жилистая, с узким, вытянутым лицом и острым подбородком, с бесцветными бровями и ресницами, тонкими губами… Но что-то в ней притягивало взгляд. То ли несвойственная молодой девушке серьезность, то ли завораживающая стремительность движений, то ли ум, светившийся в глазах — а может быть, всё вместе. Она не была рождена для любви и восхищения, ну так что с того? Разве это главное в жизни?
Амбер эль Моури при дворе появлялась редко. Окончив высшую военную школу, девушка не вернулась домой, а выдержала экзамен на старшего офицера, получила допуск и осталась в Даккарае, где теперь успешно преподавала летное дело. Этой зимой Амбер исполнился двадцать один год. Наследному принцу было столько же. И они были обещаны друг другу с самого детства.
Восемнадцать лет назад, когда затяжная война между извечными соперниками, Геоном и Данзаром, достигла момента истины, две армии схлестнулись на перевале Шейтан. Две последних армии, обессиленные четырьмя годами сражений, измученные голодом и моровым поветрием, что словно серп выкосило больше трети и тех и других… Силы были равны, если это вообще можно было назвать силой. День и ночь над перевалом бушевала гроза — но не молнии сверкали над скалами, а мечи, и не гром сотрясал небо, а рев боевых драконов. День и ночь лилась кровь, звериная и людская. День и ночь длилась Битва Знамен. Геону некуда было отступать — внизу лежал Мидлхейм, последний оплот надежды, единственный выстоявший, еще не захваченный город. Его они не могли потерять, и они сражались не на жизнь, а насмерть. Данзар, чьи земли за годы войны пострадали не меньше, тоже всё поставил на карту. Помощи ждать было неоткуда: часть союзников канула в небытие, часть отступилась, предпочтя уберечь хоть крохи своего, чудом не тронутого железом… Бой на перевале Шейтан должен был стать последним для всех, и он им стал. Когда занялся новый день, и первые рассветные лучи озарили багровые скалы, а до падения Геона оставались считанные часы, над хребтом Трезубца появились драконы. Ни свои, ни чужие — свободное герцогство Лилии, еще в приснопамятные времена отделившееся от Геона и до сих пор сохранявшее вооруженный нейтралитет, пришло осажденным на выручку. Сотня драконов герцога Трея эль Моури смогла переломить ход сражения, остатки данзарской армии были уничтожены, вражеский маршал убит, а Мидлхейм спасен. У вчерашних захватчиков не осталось ни сил, ни средств, чтобы удержать за собой завоеванные территории, вчерашние защитники не стали претендовать на чужие земли по той же причине. Стороны подписали мирное соглашение, совместно с договором о ненападении, и разошлись зализывать раны. Геон выстоял. Правителя герцогства Лилии чествовали, как героя, и совершенно заслуженно, но о причинах, побудивших его выступить на стороне ближайшего соседа, знали немногие…