— Как раз это и собирался сказать. Прежде всего, хотел тебе показать кой-чего… Тебя не затруднит аккуратно считать образы из моей головы? А то мыслеречь у меня еще получается более-менее, а вот транслировать образы сложнее, вечно одни обрывки, и размыто все…
Девушка неопределенно кивнула, закатив глаза, мол, вот так всегда, все делай сама…
Коготь почувствовал едва заметное касание чужого разума, и тут же в голове появились легкие ассоциации определенного уклона, предвкушения… захотелось протянуть руку к Селене, коснуться ее шеи, скользнуть под… Вот зараза!
Коготь отогнал посторонние мысли, прищурился, вспоминая момент разговора с демоном, появление странной незнакомки, весь их недолгий и кажется бессодержательный разговор. Скомкав это все, он рывком всучил это ментальному "я" девушки и захлопнул канал.
Селена вздрогнула, и ее взгляд на секунд двадцать потерял осмысленность. Еще бы, адаптировать себе кусок чьей-то памяти (пусть даже небольшой) достаточно тяжело. Наконец она открыла глаза, но в них уже не было того ехидства, с каким она старалась вывести его из себя все это время. Испуг очень отчетливо проступил во взгляде.
— …это… прости меня, я зря тебя подкалывала. Такими вещами не шутят…
— Рад, что ты поняла. Сопли потом, — оборвал он. — Как по-твоему, что все это может значить?
— Не знаю, повелитель, — тихо ответила она. — Ты затрагиваешь, а может быть, и находишься в центре интересов могущественных сил. Эта м… девушка… она не человек. Это точно. Будь ее аура не такой переменчивой (в темной фазе), я бы сказала, что ее положение равное тому же Ас'гарсиэлю… Но эта переменчивость… Я о таком не слышала. Хотя не исключено, что она могла специально показать тебе такое, дабы сбить со следа… Представь себе искать не только среди нас, но и среди светлых… — Селена помолчала в раздумье, очевидно, прокручивала еще рез воспоминания. — Ас'гарсиэлю зачем-то нужно добраться до кого-то в том месте, что он тебе показал… Я не представляю, где это может быть. Весь мир перерыть, что ли? Или город спрятан в смещенной фазе реальности? Хм… Это подскажет сам Ас'гарсиэль… и думаю скоро…
В этот момент в дверь кабинки постучали, и, не дождавшись разрешения, вошли двое.
Мужчина лет тридцати пяти — сорока, среднего роста, обычной комплекции, одет в костюм, белую рубашку и галстук. В руке он держал небольшой кожаный кейс. И, как ни странно — мальчик лет девяти, с большими испуганными глазами, держащий мужчину за руку.
Коготь и Селена одновременно ощупали их в астрале.
"Обычные люди", — пришла мысль от девушки.
"Ага, вижу… Наверное, кабинку перепутали…" — ответил он ей.
Коготь вопросительно уставился на мужчину.
— Добрый вечер, — начал тот извиняющимся тоном с виноватой улыбкой, — я прошу прощения за вторжение, мы сейчас уйдем…
Он повернулся к мальчику, сказал тихо, успокаивающе:
— Вот видишь, Игорек, я же тебе говорил! Здесь просто парень с девушкой отдыхают, хотят поговорить, чтобы им не мешал шум дискотеки, и никто их не беспокоил! Пойдем… Извините нас, мой сын такой выдумщик…
Коготь понимающе кивнул. Мужчина сделал шаг в сторону, и хотел увести ребенка, но тот уперся, оставаясь на месте. Было видно, что мальчик боится, тем не менее он потянул отца за руку, и проговорил:
— Нет! Ты не понимаешь… поговори с ним, папа! Он шинигами*, я знаю! Папа, если сейчас уйдем, эта девушка сделает так, что мы забудем зачем приходили сюда…
Коготь опешил, Селена впала в ступор. Они понятия не имели, кто такой "шинигами", но откуда ребенок мог знать об индивидуальной способности девушки?
— Игорь, пойдем отсюда, сейчас же! — строго произнес мужчина, одергивая сына за руку, и таща к двери. Тот упирался. Было видно, как он с трудом поборол страх, и с надеждой посмотрел на Когтя. Парень решил разрядить обстановку, заодно и выяснить что-нибудь:
— Почему ты думаешь, что я шинигами, и что вы забудете что-то? — спросил он у мальчика, улыбнувшись своей самой дружелюбной улыбкой.
Мужчина остановился, нехотя отпуская Игоря. Мальчик посмотрел из-под смешно взъерошенной челки и сказал тихо:
— Потому что вы убиваете плохих людей. Я знаю, я видел. Папа мне не верит… а нам очень нужна помощь. Пожалуйста, — добавил он. — Мою маму убили, моя старшая сестра попала в больницу, и папа боится, что меня тоже убьют… Он по ночам ходит по квартире с пистолетом, — мальчик шмыгнул. Улыбка сползла с лица Когтя, заменив его каменным выражением лица.