Из-за поворота послышался топот ног, а затем показались двое запыхавшихся преследователей. Сердце в груди бешено застучало, глаза заметались в поисках способа удрать с минимальными последствиями.
— Расслабься, и помолчи, хорошо? — проговорила она вполголоса. — Сейчас избавимся от них…
— Надо же, далеко не удрал, — отдыхиваясь проговорил прихвостень Олега. — А это у нас кто? — он приблизился к девушке, похотливо разглядывая ее, и прицокивая языком. — Твоя подружка?
Ильнесси в свою очередь разглядывала вновь прибывших с улыбкой удава, выбирающего кролика пожирнее. Она шагнула навстречу амбалам, и пробормотала, будто про себя:
— …один вполне созрел, как раз недавно только убил… Второй пока сыроват… хм… как бы это так сделать…
— Чего ты там бормочешь? — подал голос второй из гнавшихся за мной.
Новая знакомая подмигнула, и мне показалось, что зрачки ее глаз на мгновение резко увеличились, затопив собой все глазное яблоко… мои ноги в мгновение стали ватными, по телу поползла дрожь.
— Эдуард, скажи, если бы ты вдруг узнал, что вот этот, — она указала пальцем на ближнего парня, — нанес твоему другу тот самый удар ножом, что бы ты с ним сделал?
Чего?! Откуда она знает, как меня зовут? И что у меня погиб друг? Какого черта…
— Откуда ты… — парень бешено выпучил глаза. Судя по его мимике, девушке грозили крупные неприятности. — Саня, хватай сучку, а я пока этого рубану, подгоню машину…
Второй подбежал к Ильнесси, заломил ей руку и схватил за горло. Я, едва оправившись от шока, шагнул было вперед, но…
— Ну вот, — захихикала девушка, — а я уже думала, что придется тебя отпустить… Эдик, милый, не возражаешь, если я их немного помну? — улыбка стала совсем откровенной, а на глаза наползали тени…
Вот теперь челюсть окончательно придавила мне ногу… Я не успел понять, что произошло. Просто послышался резкий хруст, и парень, державший Ильнесси, заорал как ишак, которого клеймят каленым железом. Второй просто отлетел в сторону и покатился по асфальту, будто на него налетел грузовик.
Незнакомка легко вывернулась из объятий моего преследователя, сделала пару шагов в сторону, и оглянулась, с нескрываемым удовольствием наблюдая, как они корчатся… Хруст не прекращался, складывалось впечатление, что кто-то мелет кости через мясорубку. От криков в ушах звенело, хотелось заткнуть их и отбежать подальше, чтобы не видеть и не слышать этого.
Я испуганно посмотрел на новую знакомую, которая явно наслаждалась, глядя как державшего ее парня мнет и ломает, словно кусок пенопласта.
— Тебе нравится? — спросила она меня, с видом любовницы, подарившей мне БМВ последней модели, и ждущей моей реакции на подарок…
— Это… мерзко… прекрати… — меня затошнило.
— Прекратить? — переспросила она с явным разочарованием, состроив скучное личико. — Думала, тебя это развлечет…
Небрежный жест рукой, и давящие на парня силы ослабили свое действие. Бывший преследователь тихо поскуливал, кашлял кровью и тяжело дышал. Его друг тихонько шевелился, пытаясь подняться на ноги, что не ускользнуло от внимания Ильнесси: жест рукой, и неведомая сила рванула его вперед, буквально швырнув мне под ноги.
Сердце бешено колотилось. На меня навалилось ощущение нереальности происходящего, словно я вижу кошмар наяву.
— Кто ты? — спросил я осторожно.
— Давай поговорим об этом попозже, — девушка сморщила носик, и добавила, — сейчас нужно подумать, что сделать со вторым…
Я глубоко вздохнул, набрал в легкие воздуха и решился на вопрос:
— Это правда… то, что ты рассказала насчет Кирилла?
— Мне ни к чему обманывать, — пожала плечами Ильнесси. — Хочешь увидеть своими глазами то, что видела я, заглянув в его память?
Собственно этот вопрос меня уже не особо удивил, похоже, странная девушка или ведьма или экстрасенс какой-то… Я сглотнул, кивнул… и в следующий миг увидел это. Увидел, как извивающегося Кирюху держали вчетвером, как стоявший в стороне Олег смеялся, говоря что-то… а следом я… точнее тот, от чьего лица я наблюдал, приблизился, достал нож, и начал медленно прокалывать им грудную клетку моего друга, поворачивая нож по часовой стрелке, наслаждаясь его криками… Видение исчезло, а у меня в душе вспыхнула злость. Я почувствовал, как дрожат руки от желания придушить обоих собственноручно…
— Что ты теперь мне скажешь? — спросила незнакомка.