Я шёл по пляжу, спотыкаясь, хромая, как будто каждая нога весила тонну. Я звал родителей. Шёпотом. Потом – громче.
-МАМА!
Тишина…
Вдалеке раздался хруст. Я резко обернулся – сердце стучало в висках.
Мама. Мама должна быть где-то тут. Она же была рядом, совсем рядом. Я почти падал, бегая из стороны в сторону. Наконец заметил её – лежала под обрывом, словно ее сбросили. Руки раскинуты, одна босая нога ввернута. Белая ткань платья уже не была белой. Я хотел закричать, но не смог. Грудь сдавило, и вырывался только сдавленный звук, похожий на стон. Я упал рядом. Прижался лбом к ее плечу. Слёзы хлынули, смешавшись с грязью на её коже.
- Мама…ты не можешь – прошептал я, прикусывая губу до крови, чтобы не закричать. – Ты же не должна была…
Я вдруг вспомнил, как она вела меня в первый класс. Её пальцы тогда крепко сжимали мою ладонь. Она улыбалась, даже когда я плакал от страха перед школой.
— Не бойся, — шептала она, — я всегда рядом, Саймон.
Я вспомнил, как она пекла блины по утрам, танцуя на кухне под старую музыку. Как в её глазах был свет, даже когда всё шло наперекосяк. Она смеялась — легко, звонко. Теперь этот смех исчез.
В голове — только один вопрос: за что? Я прижался к её плечу, как в детстве. Впервые за много лет — по-настоящему маленький. Беззащитный.
А мама молчала. Навсегда.
Начало формы
Конец формы
Начало формы
Конец формы
Начало формы
Конец формы
Начало формы
Конец формы
Я всё ещё искал глазами отца. Сейчас, сейчас он появится – крикнет, побежит, спасёт. Но никто не приходил.
Я снова побежал.
Вокруг царил хаос – брошенные сумки, перевёрнутые стулья, следы на песке, кое – где стёртые приливом. Пули оставили в деревьях следы. Следы крови – тут и там. Но тело отца не было. И это было хуже, чем если бы увидел его мёртвым.
Я бегал до тех пор, пока не понял: никого нет. Только я. Один.
Я молча смотрел на землю, где всё понятно. Где должна была быть моя смерть. Но её не было. Была пустота.
И страшнее всего было то, что отца не было нигде.
Ни тела. Ничего. Только сбитый песок у самой линии прибоя - и странный, вытянутый след, будто кого то волокли по песку. Как будто тащили тело, не спеша, оставляя за собой широкую, смазанную борозду и … капли. Алые.
Я смотрел в это направление, пока не слился горизонт с серым небом.
«Они забрали его. Или …он ушёл сам?»
3 глава
Мы приехали чтобы исчезнуть.
Утро было медовым и ленивым. Сквозь тонкие занавески пробивался теплый свет, будто день нежно трогал комнату за плечо, предлагая проснуться. Воздух был наполнен запахом свежевыстиранного белья, горячего тостера и легкой тревоги – той, что всегда витает перед дорогой.
Чемоданы стояли полураскрытые, готовые вместить все самое нужное: платья, рубашки, купальники и солнцезащитный крем. На кухне кто-то смеялся – может Лизи, может мама – и в этом звуке было что-то детское, беспечное, как будто все беды остались где-то в прошлой жизни.
Я подошел к окну. Двор еще спал, но мир, казалось, уже знал. Мир - всегда знал. Я взял в руки список вещей и задумался: неужели правда отпуск?
И неужели я буду счастлив?
Я провёл рукой по лицу, будто пытаясь стереть остатки странного сна, и вышел из комнаты. Половицы мягко скрипели под ногами, как будто шептали что- то свое, забытое. Внизу пахло жаренными тостами, клубничном вареньем – любимый завтрак Лизи.
- Са-а-аймон! – протянул знакомо – дразнящий голос сестры снизу – Если не спустишься через три секунды, я съем весь твой тост!
- Уже иду – отозвался я вяло, но с тенью улыбки.
Я начал спускаться по лестнице. Свет из кухни бил полосами в коридор, пыль крутилась в этих лучах, будто время на секунду застыло. Мне на мгновение показалось, что лестница длине обычного.
На полпути я остановился, задержал дыхания. Снизу раздался голос отца – привычно резкий, но сегодня особенно четкий:
- Лора…
- Ты уверен, что стоит ехать именно туда? – спросила мама, тихо, почти шёпотом.
- Я всё предусмотрел – спокойно ответил отец, не отрывая взгляда от окна.