У Ники в голове не укалывается, о чём они, ведь симптоматика у вампиров одна, сложно спутать их с человеком.
— Но почему я не… — она не знает, как верно сформулировать мысль, но Макс понимает.
— Мы не знаем. Я просил тебя бежать тогда, потому что, когда мы получаем сильные повреждения, голод накатывает с двойной силой, в такие моменты мы не то что бы разумны. Брат напал на тебя и точно сожрал бы. Но, жму руку, ты отвесила ему лещей, — вновь веселится он, а Ден прожигает его злым взглядом. — Без обид, братишка. Но это правда.
— Я ничего не помню, — говорит она, разглядывая кончики пальцев. — Что это значит?
— Юрий сказал: твой организм изменился. У тебя нет симптомов. Не болеешь сама, но являешься носителем. Однако при угрозе из-за вашего прямого контакта частицы пыли активизировались, ты стала такой же, как мы. Правда, временно. Последние результаты показали норму. То есть, то, что было до приступа. Поздравляю с частичным вступлением в клуб, — усмехается он. — Впрочем, ты реально долго спала. Видимо, телу сложно приспособиться.
— Сколько дней? — раз мамина операция прошла, значит, более трёх. — Говоришь: я напала на Дена? — поражается она, переводя взгляд то на одного Никольского, то на другого.
Ден недовольно жмёт губы и кивает.
— Пять. Сегодня пятница. Кроме того, ты кое-что сделала с ним. Ничего не замечаешь? — Макс выглядит так, будто вот-вот прыснет.
Она смотрит на мужа, вглядываясь в лицо. И осознаёт, о чём идёт речь. Не обратила внимания сразу, потому что было как-то не до того, но сейчас отчётливо видит, что он очень эмоционален в сравнении с тем, как ведёт себя обычно.
— Питался недавно?
Он склоняет голову вбок, щерясь.
— Если бы, — всё же не удерживается Максим. Смех срывается с его губ и стихает лишь спустя пару минут.
— Он теперь такой же, как ты. Не вампир, не человек. Забавное стечение обстоятельств, не находите?
Ден не выглядит так, будто с ним согласен. Скорее, напоминает выброшенную на берег рыбу, того, кто потерял опору под ногами.
— Хватит злорадствовать, — обрывает он весельчака. — Это очень не вовремя. Отец легко заметит перемены. Нельзя дальше тянуть. У нас нет времени на испытания, нужно действовать.
— Посмотрите на него. Думает лишь о деле. Как будто подменили, честное слово. Он от твоей постели не отх…, — договорить ему не дают. Резкий удар ботинка о лодыжку прерывает очередную шутку.
Ника неловко улыбается. Переживал, значит, за неё. Может, действительно, что-то переменится теперь, когда он способен на собственные чувства. То, что Никольский способен волноваться о ком-либо, действительно поражает.
— Не время твоих игр, Макс. Когда приступим?
Максим потирает подбородок, глаза его поблёскивают.
— Через неделю состоится приём. Будут все приближённые папочки. Подходящий момент, не считаешь?
Ден задумывается на мгновение.
— Да, отлично. Приедем отдельно. Ты займёшься напитками, как планировали. Я дам дозу отцу.
Она вскидывает руку и морщится от укола в висках.
— А приём вовнутрь разве сработает? Я думала, лекарство нужно вводить внутривенно или внутримышечно. Обычно это так.
Макс самодовольно вздёргивает подбородок.
— Обыкновенно — да, но Юрий — чёртов гений. Он создал два варианта, второй более концентрированный и его можно принимать орально. Действует медленнее, но не менее эффективен.
— До сих пор поражаюсь, почему он согласился сесть с тобой в одну лодку, — поддевает брата Ден.
— Потому что я обаятелен, красив, умён?
— А ещё очень скромен, — фырчит Ника.
Ей тепло на душе от их ребяческих перепалок. Когда они ругаются меж собой, создаётся обманчивое чувство, будто всё несерьёзно. Будто затеяли игру в песочнице, а все эти разговоры о лекарстве, свержении Николького старшего с пьедестала — не более, чем шутка. Но это не шутка. Туманное будущее становится всё ближе, грозясь вот-вот утопить их под собой, снести, словно цунами.
Нике хочется оттянуть решающий момент, чтобы ложное ощущение спокойствия продлилось чуточку дольше.
— Кто на тебя напал? — говорит девушка, заправляя за ухо сальную прядь. Ей безумно хочется принять душ, в конце концов, почти неделя в горизонтальном положении без сознания не проходит бесследно. Всё тело чешется, а мышцы ноют.
Ден отводит взгляд, некоторое время смотрит в стену. Максим делает вид, что обсуждение его более не касается. Видимо, предпочитает не вмешиваться на этот раз.