— Есть вероятность засады. Я пойду первым, — ультимативно заявляет он, заставив её поперхнуться.
Вздёргивает высоко подбородок, смотря нагло и уверенно прямо на него. У неё был иной взгляд раньше, что-то в ней точно изменилось, словно переломилось пополам, сгорело и восстало в ином обличии.
— Не пущу. Ты — человек, не вампир. Привыкай. Пуля почти гарантирует летальный исход.
— Что ты предлагаешь? — хмыкает он, морщась от ломоты в мышцах.
Она усмехается, доставая из сумки телефон, переворачивает несколько раз, пока он не выдыхает шумно через рот.
— Это же Макса. Как? — Ника поджимает губы, он замечает её дрожащие на экране пальцы.
— Не спрашивай, ладно? Я не хочу возвращаться к тому моменту и мысленно, не то что озвучивать. Зато мы можем проверить камеры.
Он вспоминает, что сам не единожды проверял их при ней со своего мобильного, однажды случайно обмолвившись о том, что такое же приложение стоит и у брата.
— У тебя хорошая память, — подмечает, смотря на картинку на дисплее. Вокруг здания чисто, нет ни души.
— Не жалуюсь.
Его гложет желание спросить, что произошло, отчего у неё синяки залегли под нижними веками, а тело при упоминании Макса беспокоит тремор, но сдерживается, решив оставить выяснение правды на потом. В конце концов, это ничего не изменит. Она права, у них нет времени.
Они выходят к парковке, Ден быстро отметает идею сесть на авто покойного отца. Все машины фирмы легко отследить. Попутку в столь поздний час тоже не поймаешь.
— Предлагаешь идти пешком? Тогда нас изловят быстрее, чем встанет солнце, — нервничает она, огрызаясь.
Он демонстративно извлекает из кармана ключи от рабочего универсала.
— Про эту он вспомнит не сразу, в городе возьмём другую в аренду, — кто бы мог подумать, что та нелепая покупка, которую с превеликим удовольствием высмеял Макс, пригодится где-то, кроме тайных перевозок компонентов и оборудования.
Водительское сидение занимает сам, пресекая споры на корню. Конечно, он измотан, голоден, однако опыта у него куда больше, чем у девчонки, которая со сдачи экзамена ГАИ впервые вдавила педаль газа. Странно, что, вообще, сумела сюда добраться.
Она молчит, наблюдая за тьмой по ту сторону окна, он набирает скорость.
— У него Света, — тихо цедит Ника. Он слышит обречённость в голосе, тоску, к ним примешивается заметная доза злости. — Ты знаешь, где он мог её спрятать?
Ден ударяет по панели, сжимая челюсти. Он и помыслить не мог, что брат зайдёт так далеко, что он способен на воздействие через ребёнка. Взвешивает, перебирает в памяти все места, где они когда-либо бывали. Бинго. Имеется одно подходящее: офисное здание, где когда-то они планировали открыть своё агентство.
— Догадываюсь, — конечно, он может ошибаться. Им остаётся лишь молиться, чтобы Фортуна не повернулась к ним задом из-за сменившегося настроения. — Нам на окраину, тут недалеко. Сейчас нет пробок, через двадцать минут будем.
Она закусывает губу, опуская затылок на подголовник.
— Что нам делать потом? У него связи, деньги, влияние. Что с нами случится? Как сбежать?
Он возвращался к подобным размышлениям вновь и вновь, благо часов в сутках предостаточно. И пришёл к выводу, что не оставит предательство просто так. Макс должен ответить.
— Тебе — ничего. Я увезу вас со Светой в деревню. Там наши с Женькой родители отдыхали, — она вздёргивает брови, смотря на него уставшими глазами. И он осознаёт, что раньше не называл имени родного брата, избегая темы. — Тот мальчик с фото, — поясняет, на что Ника понятливо кивает. — Заберу, когда закончу.
— Что закончишь? — невесело улыбается она. — Как тогда? — намекает на их контракт, на собственную ошибку. Что же, дорогая, ему не впервой. Он не даст ей утопнуть в его болоте.
— Это моё дело, не твоё. Я тебя в это втянул, должен нести ответственность. Не переживай, остались те, кто на моей стороне. Они помогут, — ухмыляется, потому что в данную секунду сможет назвать с десяток фамилий тех, кто терпеть Макса не может. Нерадивого отпрыска Никольского старшего много кто ненавидел из-за халатности в бизнесе. Думается, дело не только в ней.
— Уверен, что получится? — с сомнением говорит она, буравя его взглядом.
Дену хочется коснуться её, утешить, сказать так много, но он знает, что может не вернуться.
— Я, в отличие от некоторых, исполняю свою часть сделки, — глухо смеётся он, отшучиваясь. Ей не стоит вникать в детали. Она должна выбраться невредимой, чего бы ему это не стоило.
Забавно, в самом деле, потому что совсем недавно он также рассуждал о вечеринке, на которой всё должно было перемениться. И переменилось, увы так, как никто не ждал.