Я плавно опустила ручку, стараясь не издавать звуков, — хрен тебе, заперто.
— Паскудство просто, — буркнула я себе под нос.
Пространство вокруг подверглось тщательному обследованию. Но на стенах не было крюков, а на полу коврика. Глухая замочная скважина не подразумевала подглядываний за чужими тайнами. В последней надежде, я припала к двери ухом и несмело поскребла её. Толку от этого не было никакого.
Сунув телефон за резинку трусиков, я довольно резво двинула наверх полная решимости. Руки держала перед собой, дабы не расшибиться лбом в темноте. В кухне мне пришлось сбавить прыть, иначе шума не избежать. Качественные доводчики, установленные в мебели, помогали выдвигать и открывать ящики почти бесшумно, несмотря на то, что руки отчаянно тряслись и не желали повиноваться.
«Черт, черт!» – ключи никак не находились. Я открывала ящик за ящиком, светила себе фонариком, но каждый раз натыкалась на кухонную утварь, образцово хранившуюся на своих местах. Обследовав большую часть — шкафы с припасами пропускала, как наименее подходящие — я была вынуждена отвлечься на посещение туалета. Волнение и страх тому виной.
Передышка пошла на пользу. Я помыла руки, сбрызнула лицо водой и повернулась к имеющемуся тут «фикусу»:
— Ну, и где у него этот ключ, ты не в курсе?
Цветок само собой молчал. На ответ я особо не рассчитывала, но заметно поуспокоилась. Запер человек подвал и что с того? Чего я так завелась? Борьки в нем нет, я это сама придумала, а сейчас с маниакальным упорством не хочу отступать. Миссию свою я выполнила, можно идти спать, либо вообще вызвать такси и свалить. Подвал пуст и точка!
— Сеанс аутотренинга считаю оконченным, — отвесила я реверанс фикусу и двинула на выход.
Но как только я оказалась в холле – началось... «Не проверишь – пожалеешь», — шепнул внутренний голос. Я свернула к кухне, по-прежнему на цыпочках, и в этот момент в гостиной вспыхнул свет. Мелкая рябь мурашек сделала путешествие от рук до корней волос.
Марк сидел на диване в гостиной, том, что стоял у самого входа. Из одежды на нем были только тренировочные брюки. Руки, сцепленные в замок на затылке, колючий, оценивающий взгляд.
— Господи! — воскликнула я, деланно хватаясь за сердце. — Ты меня напугал.
Я прыснула со смеху. Мысли о том, насколько естественно выглядит это мое веселье, гнала. Стоит только об этом подумать, как лживость тут же отразится на лице, в первую очередь, глаза выдадут с потрохами.
— Ты сама себя напугала, — не разделив моего восторга, ответил он. — Что ты тут делаешь в темноте?
— Так, попробуем ответить… — протянула я. Слабая попытка выиграть время. Подошла к нему, плюхнулась рядом и подтянула на диван ноги. — Про туалет не годится, — рассудила я, — наверху есть еще один. Водички попить, как тебе такой предлог? По-моему, ни к черту, слишком банально…
Я разочарованно цокнула языком и скрестила на груди руки. Следом надула щеки, брови нахмурила, изображая активную мозговую деятельность. К моим кривляньям Платов остался равнодушен. Ни теплого взгляда, ни тем более улыбки, добиться не удалось, и тогда я толкнула его плечом и, смеясь, навалилась сверху:
— Ты слишком напряжен, сейчас мы это исправим.
Щекотки он не боялся, но улыбка все же заиграла на его лице. Он попытался перехватить мои руки, обследовавшие его ребра, и слабо возмутился:
— Ты бродила в темноте!
Признайся в малом грешке и больший останется незамеченным. Бросив его щекотать, я опустила голову ему на колени, прижалась теснее, словно устраиваясь в его ногах на веки вечные, и выдала с печалью:
— А если серьезно, я вызвала такси и хотела сбежать.
— Сбежать? Почему сбежать? — повернул он мое лицо, пытаясь в нем что-то рассмотреть. — Зачем тебе ехать куда-то в ночь?
— Я не могла уснуть, думала, а потом… потом мне очень домой захотелось.
«Бинго, Эм, идиотский ответ высшего класса!» Могу я покапризничать, в конце концов?
— Я тебя никуда не пущу, — закручивая себе на пальцы мои волосы, сказал он. Естественно я никуда не поехала.
Мне пришлось «отказаться» от заказанной машины. Я в реальности набрала номер такси и объяснила ничего не понимающей девушке, что услуга мне не потребуется. Платов, как будто, остался доволен.
Утро выдалось скверным. Серое небо казалось бесконечным, хмурилось и флегматично цедило мелким, надоедливым дождем. Унылая и апатичная, как погода за окном, я вернулась в дом к старику, снова воспользовавшись двумя разными службами такси. От услуг Платова, как обычно, отказалась. Впрочем, он сильно и не настаивал, спеша по своим делам, а предложил подвезти меня скорее из вежливости и любопытства. Любовница, не обременяющая просьбами и требованиями, устроит любого здравомыслящего мужика. Марк исключением не был.