- У тебя девушка есть? - ляпнула, не подумав.
- Хочешь ей стать?
- Не мечтай, - огрызнулась я, улыбаясь, но все-таки отошла на бордюр, принимаясь собирать свои покупки. Руки отчего-то дрожали, а сердце, словно сумасшедшее, стучало в груди.
Уйдет? А может, останется?
Заканчиваю, поднимаюсь и оборачиваюсь, чтобы заметить лишь его спину, удаляющуюся дальше по улице.
- Как тебя зовут? - кричу, поддавшись сиюминутному порыву.
Остановился, обернулся.
- Дэйв, - прозвучал ответ.
Вот я дура, но счастлииваааяяяя...
Часть 6
Я сам и не предпологал, что мне станет легче, если о моей тайне кто-нибудь узнает. Ну и что, что этим человеком стала девчонка, которую я вижу второй раз в жизни, зато она не смотрит на меня как на чудовище и если я хоть что-то понимаю в людях, то и не боится вовсе.
Странная она, на вид избалованная богатейка, а на практике обычная девушка, таких миллион вокруг ходит. И чем же именно эта меня зацепила? Своим предложением дать мне денег? А может, взглядом карих глаз, в которых светился восторг и обожание. Прикиньте, она смотрела на меня так, когда я угрожал ей убийством. Вот как можно быть настолько глупой или доверчивой? Как она вообще выживает в этом городе, учитывая её характер?
И чего это я начал о ней беспокоиться? Да еще и думать в таком ключе, будто она мне нравится? Я что, серьезно сейчас хочу развернуться и увидеть её снова? А может, и не только увидеть?
На миг даже остановился, понимая, что тянет обратно, и разозлился, так как ничего хорошего из подобных отношений не выйдет. Чёрт! Я же забыл попросить её снять эти чертовы баннеры! Но если вернусь, то не факт, что уйду.
Как раз в это мгновение, будто божественное вмешательство, прозвучал звонок мобильника - Лин. Надеюсь, ничего серьезного не случилось и у «сестренки» все нормально.
- Да, - отвечаю и сразу же напрягаюсь, так как девушка в трубке плачет, а задним фоном слышны крики и ругательства.
- Ты у себя?
- Да, - отвечает дрожащим голосом и я, обещая, что сейчас буду, несусь в сторону метро, злясь, что именно в этот момент находился далеко от дома и пока я доберусь до нашего квартала, пройдет слишком много времени и я могу опоздать.
Опоздал.
Подруга в одной футболке на пять размеров больше, которая едва прикрывала её бедра, стоит на лестничной клетке этажем ниже и курит, выпуская клубы дыма через разбитое стекло. На ногах кроссовки, а вокруг полно мусора, который, кажется, лежал тут еще до нашего рождения.
Взбегаю по лестнице и останавливаюсь, так как спешить уже некуда.
- Лин? - говорю тихо.
Оборачивается. Синяк на поллица, губа разбита. Делает очередную затяжку, рука дрожит, но улыбается, только грустно так, а глаза пустые, бездна в них чёрная.
- Где он? - спрашиваю. Злость подкатывает к горлу, так что дышать становится нечем.
- Не надо, Дэйв, - просит взволнованно, но я уже не слушаю, разворачиваюсь и несусь на пятый этаж, в квартиру, где Лин жила с отцом. Слышу, что она бежит следом, кричит, чтобы я не лез в их семью.
Да-да, конечно, не стоит влазить если отец свою дочь с продажными девками путает, ну и трахает, иногда, по пьяни. Мелочи, все так делают, правда?
Дверь открыта, поэтому проникнуть в квартиру не составляет труда, впрочем, как и найти мистера Вареса - толстый, давно небритый мужик сидел в кресле и спал в компании пустых бутылок, разбросанных по полу. И все бы ничего, если бы на нем хотя бы штаны были, а так все причиндалы на виду, добавляя еще больше отвращения всему образу.
Первым порывом было просто убить гада, а потом пришла мысль поинтереснее - кастрировать, чтобы не смел больше дочь обижать. А она, по всей видимости, против, потому что наваливается сверху и хватает меня за руки, умоляя не трогать своего отца. Ревет.
И как её понять? То говорит, что сама его убьет как-нибудь, то вот как сейчас, защищает.
- Ты чего, мразь, разоралась? - в нашу перепалку встревает очнувшийся отец, встает, немного пошатываясь. Голос хриплый, прокуренный и крайне недовольный. Мой тоже умел так говорить, пока мы с матерью от него не сбежали. Хотя если бы не малой, вернее, в то время он был еще в животе, то мать бы и не решилась уйти от своего мужа. Отчего-то меня она всегда любила меньше, чем младшего. Ради него ушла, но ради меня не стала.
Молча бью ногой по самому драгоценному, а потом, стоило ему согнуться, добавляю локтем по затылку. Ругается, валится кулем на пол, теряя сознание. Отвратительная, жирная, вонючая масса. Как только дочь у него такой красавицей выросла?