Нетерпеливое движение пустого кубка. Даже двумя руками она не могла устойчиво держать кувшин; темная жидкость плеснулась через край на руку Завоевателя. Гладиатор перехватила жесткий взгляд и повернула подбородок, чтобы принять удар. Которого не последовало.
Большое количество людей прошло перед ними, лица сменяли одно другое, утро превратилось в полдень. Головокружение вернулось к стоящей позади трона женщине, заполняя ее голову шерстью, а колени превращая в кисель. Зена была права; сегодня она не в той форме, чтобы прислуживать Завоевателю, и лишь подвергла их обеих опасности, настояв на своем присутствии. Гладиатор моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд, мотнула головой, ущипнула себя, чтобы оставаться в сознании. Если она покачнется снова, Завоеватель может отослать ее обратно в больницу или того хуже. Она тайком прислонилась к боковой стороне трона, чтобы скрыть дрожь.
Очередное движение кубка. Лишь благодаря вмешательству Олимпийцев, гладиатор сумела не пролить вино на сей раз. Она уже начала возвращаться к своему месту, когда Завоеватель щелкнула пальцами и указала на пол возле трона.
Это было ново. Нерешительно, Леопард опустилась на колени, наклонила голову. Ожидая приказа подняться, она сидела, опустив взгляд, положив скованные руки на колени, тайно благодарная за мгновение отсрочки, боясь необходимости снова вставать. Теплая рука легла на заднюю часть ее шеи, тонкие пальцы рассеяно перебирали волосы. Леопард напряглась, разбитая непривычным – почти интимным – прикосновением. Завоеватель явно хотела продемонстрировать свой трофей, но каким образом? Какой реакции она хотела от раба? Сопротивление и огонь? Страх? Кроткое принятие? Слишком утомленная, чтобы что-то изображать, она съежилась у трона, готовая вынести небольшой спектакль Завоевателя.
Медленные размеренные поглаживания притупили ее беспокойство, расслабляя натянутые нервы и гудящее тело. Усталость заползла в мышцы, уговорила прикрыть глаза. Она слушала, вылавливая лишь некоторые слова, пока голоса не смешались в ровный гул, уводя ее сознание далеко от зала, дворца, Коринфа…
Нет. Она стряхнула усталость, прижалась к ладони Завоевателя в молчаливой просьбе подняться. Рука отказала ей, предлагая только невыносимо успокаивающее прикосновение. Была ли это уловка? Испытание? Гладиатор волновалась, прилагая все усилия, чтобы оставаться в сознании.
Рука подтянула ее ближе, опуская исцарапанную щеку на стройное бедро Завоевателя. На мгновение она напряглась, гордость восстала против того, чтобы с ней обращались как с любимой собакой. Но только некоторые дипломаты и курьеры заметили изменение, и даже эти, казалось, были более заинтересованы общественным показом расположения со стороны Завоевателя, чем существом, которому это расположение дарилось. Если они когда-нибудь и слышали о внушающем страх Леопарде Рима, то вряд ли смогли бы связать гладиатора с израненным и избитым рабом, которого Завоеватель баловала сейчас. Ее раздражение стихло, и Габриель снова расслабилась, пока случайная мысль не захватила ее. Что если вся эта сцена была предлогом для того, чтобы дать ей шанс отдохнуть? Гладиатор бы рассмеялась над нелепостью этой мысли, если бы ее голова не была столь тяжелой, а нога под ее щекой столь удобной. Она закрыла глаза и навострила уши, отпуская разум и тело по течению.
Шелест металла по металлу буквально подбросил ее на ноги. Смертельное предупреждение сверкало в остекленелых глазах, угрожая любому, кто обнажил лезвие против ее хозяйки.
Низкое хихиканье.
- Все в порядке. – Легкое прикосновение к запястью вернуло Леопарда к действительности.
Сановник сглотнул.
- Подарок из земли восходящего солнца. – Мужчина нервно поднял слегка изогнутый клинок, представляя его на обозрение Завоевателя.
Повинуясь жесту хозяйки, гладиатор вышла вперед, чтобы принять экзотический меч. Для своей длины он был изумительно легким и сбалансированным. Мастерство, подобного которому она никогда не видела. Кружевной узор на металле лезвия, резная рукоять, обернутая красным шелковым шнуром, достаточно длинная для двух рук. Это был предмет изящно-стремительный, как змея, готовая к броску.
Завоеватель встала, когда Леопард приблизилась, осторожно приняла меч, любуясь оружием.
- Это работа квалифицированного оружейника. Почему такой дар?
- Лао Ма желает только выказать свое почтение Госпоже, посылая в дар этот клинок, добытый во время кампании Завоевателя в Японии. Также она желает повторить свое приглашение посетить наши красивые земли.
Завоеватель не ответила, поглощенная искусной работой мастера-оружейника. Мгновенно властелин стал воином до мозга костей. Взмахи и выпады резали воздух, подвижные и резкие, как лезвие, быстрые и жестокие, как воин. Леопард открыла рот. Ни один гладиатор или солдат, которого она когда-либо встречала, не мог взять в руки оружие, и тут же найти его ритм, обнаружить его силы и слабости с такой непринужденностью.
Один неверный шаг заставил Завоевателя споткнуться, и все собравшиеся одновременно, издав изумленный возглас, и затаили дыхание. Раб тут же шагнула вперед, но вынудила себя остановиться, когда воин медленно выпрямилась, протягивая руку за темными полированными ножнами. Только когда меч снова оказался в своем футляре, она пробормотала:
- Греция принимает подарок Китая. Мы сожалеем о том, что не сможем посетить Срединное Королевство в ближайшем будущем.
Зеленые глаза следили за напряженным алебастровым лицом Зены. Завоеватель, не глядя на Леопарда, снова заняла свое место - слегка скованные движения, пронизанного болью тела.
Оставшиеся несколько дел, казалось, длились вечно. Краем глаза Леопард наблюдала за своей хозяйкой, отмечая каждое изменение позы, каждое подергивание руки, каждый короткий приказ. Когда последний визитер покинул зал, Завоеватель выглядело явно бледной.
Снова раб шагнула к ней, но острый взгляд жестких глаз остановил ее.
- Видалис?
- Госпожа? – Мужчина пытался казаться беспечным.
- Думаю, сегодня я удалюсь пораньше. Пришли легкий ужин в мои палаты.
Он поклонился и устремился к выходу. Подчиняясь приказу капитана Маркуса, охрана отправилась в казармы. Сам капитан не двигался, дожидаясь, пока последний Дракон выйдет из зала, чтобы повернуться к Завоевателю. Мужчина выглядел столь же взволнованным, какой чувствовала себя Леопард, явно мысленно подбирая подходящие слова, чтобы поднять тему.
Завоеватель избавила его от этой необходимости.
- Ты свободен на эту ночь, Маркус. Иди домой к жене. – Гладиатор задержала дыхание, когда ее хозяйка поднялась с трона, помогая себе, вцепившись руками в подлокотники.
- Вы уверены, Завоеватель? Вы не очень хорошо выглядите. Не могу ли я еще что-то сделать для вас?
Слабая улыбка.
- Возвращайся завтра. Если я буду мертва, вы с Беллерофоном и со всеми генералами можете подраться за право заниматься этой выматывающей душу бюрократией.
- Это не смешно.
- По-моему, смешно. – Но она не смогла выдавить улыбку, деревянными шагами покидая зал.
Гладиатор перевела взгляд на капитана, обратно на Завоевателя. И поспешила догонять последнюю.
Вопросы гудели в ее голове, легкое беспокойство внезапно стало слишком большим, чтобы его можно было игнорировать. И снова она прикусила язык, пока они пересекали коридоры и залы, наполненные солдатами, слугами и рабами. Завоеватель не дала ей возможности заговорить, стремительно двигаясь вперед слегка заплетающейся походкой, держась неестественно прямо, и не обращая внимания ни на что вокруг. Леопард боролась с желанием поддержать Зену, закричать «стой», заставить ее сесть, спросить, что не так. Завоеватель не показала никакого признака, что хочет этого, так что раб просто опустила подбородок, глядя только себе под ноги. Благодарственная молитва скользнула с ее губ, когда широкие переходы сменились узкими коридорами, ведущими в королевские палаты.