Раздавать листовки? Алька. Продавать цветы в праздник? Алька. Продавать мороженое или напитки летом? Она, конечно, она! Возле её прилавка всегда толпились одноклассники и друзья, рабочие будни вовсе не были скучными, да и выручка была неизменно. Но, когда заканчивался срок договора, она его не продляла. Просто продолжала методично перебирать все возможные варианты. Однажды ей даже случилось месяц мыть подъезды, когда у знакомой случились проблемы.
- Аль, не хочешь вожатой в лагерь съездить? На смену, - спросил однажды дядя Дима. Всё такой же надёжный и привычный друг семьи, мужчина медленно старел. Становились чётче морщины, волосы из чёрных посерели. Но он оставался таким же ярким и активным. И очень добрым.
- В лагерь? А что там вожатые делают? – задумалась девушка. – Давненько я уже там не была, вдруг что изменилось...
- Всё так же пашут, - дядя Дима по-доброму засмеялся. – Работают там вожатые, с кучей детей и кучей обязанностей. Но и интересно это всё. Соглашайся, потом вспоминать будешь это время.
- А я справлюсь?
- С твоей-то гиперответственностью? Спрашиваешь!
И Алька согласилась, потому что привыкла доверять ему.
Дядя Дима не соврал, когда говорил про много работы. Подъём в половине седьмого или раньше, планёрка, утренний чай или кофе – и начинать новый день, будить подшефных (почти подопытных) детей. Проследить, чтобы все точно встали, застелили кровати, отконвоировать их умываться, на зарядку, в столовую, на мероприятия – бодро и весело. Поучаствовать в мероприятии или провести его. Отконвоировать на спортивную площадку, старательно возвращая толпе вид «шеренги по два» и немного отдохнуть, пока они выплёскивают свою энергию в месте, для этого предназначенном. Обед. Тихий час, на котором спать хотят только вожатые... Иногда они заходили в самые шумные комнаты, вручали ребятам часы и просили разбудить через час. Тогда дети вели себя тихо. Игры, квесты, дискотека, ужин, отбой. После того, как последний ребёнок засыпал, начиналась настоящая жизнь! Можно было нарисовать плакат. Придумать план на завтра. Сочинить мероприятие. Сходить в душ или даже – на речку! Или просто посидеть с вожатыми других отрядов, такими же заезженными. Чтобы проснуться рано утром и пойти на оперативку. Эти три недели были невероятно тяжёлыми и счастливыми при этом, потому что дети одновременно требуют все твои силы и заряжают тебя неуёмной жизненной энергией.
Каждый раз – новая работа, новое направление. Каждый раз - азарт и честно выполненное задание. И осознание: не то.
- Аленький мой, ну что ты мечешься? – спрашивала мама.
- Понимаешь, мам, я не знаю, чего хочу на самом деле, - Алька отвечала совершенно честно, но видела непонимание в родных глазах.
- Как это?
- Ну, вот ты с детства знала, что хочешь быть учителем?
- Да... Наверное. – Мама стушевалась, задумалась. – Ты знаешь, я хотела быть спортсменкой или тренером хотя бы. Да с моим ростом, чтобы добиться хоть каких-то результатов в атлетике, надо быть гением спорта. И пришлось искать что-то другое. А пример перед глазами был, потому всё и вышло так.
- Вооот! А я учителем быть точно не хочу. Это я поняла, пока в лагере была. А кем хочу, не знаю. Совсем не знаю. Даже не могу представить, какие экзамены сдавать, куда поступать... Смогу-то много куда, а хочу чего – не нашла.
Всё же она поступила. И это было совершенно в Алькином духе – поступить совсем не туда, куда ожидали все.
Выпускные экзамены Алька сдавала почти играючи, настолько в её голове было тесно знаниям. А вот с выбором профессии возникла проблема: она хотела стать много кем и никак не могла выбрать. И подала документы сразу в несколько ВУЗов. В нефтехимический по приглашению после череды побед в олимпиадах. На журфак, потому что писать ей нравилось и языком она владела весьма неплохо. На программирование, потому что... потому что. В нефтехим её взяли без экзаменов. На журналиста прошла с запасом баллов. На программирование прошла, но с некоторым трудом, потому что в её безумной гонке за знаниями (а точнее, за билетами на концерты Любимова) заниматься ещё и этим удавалось от случая к случаю. Подумала и выбрала последнее. Не спрашивайте, почему. Впоследствии, она сожалела, что не подавала документы ещё и на худграф. Рисовать и оформлять она любила чуть меньше, чем музыку. Особенно цветы.