Мужчина примчался почти сразу, будто ждал.
- Что с мальчиками?
- Мальчики в порядке пока. Но выйти они не смогут даже с моей помощью.
- Почему?
- Потому что их отец успел натворить столько, что и за год не исправить.
- Так почему же не забрали его?! То есть, меня?
- Николай Витальевич, вы относитесь к одной двухсотой населения этой планеты, над которой Лабиринт не властен. Вы ни разу в него не попадали и не попадёте. Но это не значит, что Лабиринту безразличны ваши дела. Вы бьёте и унижаете супругу, обманываете партнёров и имеете вторую семью. Я не знаю, что из этого вы можете или должны исправить, чтобы вам вернули сыновей. Думать вам.
- Я вас понял. Скажите, Юлия Ра... Раду...
- Радомиловна.
- Да, Юлия Радомиловна. А не страшно вот так разговаривать, например, со мной?
- Нет, не страшно. Других лабиринтоходцев в округе нет, это раз. А два – ну сделают что-то со мной недовольные заказчики, так Лабиринт всех найдёт и накажет. Меня не вернёт, но безнаказанным никто не останется. Я надеюсь, все это понимают, всё же, взрослые люди. А насчёт конфиденциальности и неразглашения есть пункт в договоре, если вы ещё не читали.
Заказчик ушёл, а она ещё долго сидела, глядя в стену. Впервые ей захотелось напиться днём. Но вместо этого она собралась и отправилась в контору с чётким осознанием, что пора увольняться. Две работы плохо укладывались в обычные сутки.
Чтобы как-то разбавить горькое разочарование последним клиентом, Юлька реанимировала свою анкету на сайте знакомств. Это оказалось неожиданно весело, знакомиться с людьми, которых точно не увидишь. Своё фото она подретушировала так, что узнать её в сайтовой роскошной блондинке стало почти невозможно. «Безопасность – наше всё», - мурлыкала она под нос, увеличивая на фотографии губы и бюст. Пусть хоть здесь побудут аппетитными. А то она до сих пор выглядит как подросток – не слишком высокая, со светлыми, в тон волосам, бровями и ресницами, с плоской грудью. Некоторые вон, в тринадцать выглядят полноценными женщинами, а она в свои двадцать с хвостиком... А она зато себя любит. Вот такой. И недостатка в мужчинах не испытывает совершенно, вон опять сразу трое замуж зовут. Юлька в ответ на такие заявления уже только привычно смеётся и предлагает не портить отношения сексом или штампом. Друзьями эти мужики намного интереснее и нужнее.
А заявление на увольнение по собственному желанию она-таки написала. Директор долго уговаривал её передумать, но нет. Юлька честно объяснила ему, почему уходит, и дала свою визитку сноходца. Кажется, он не ожидал такого поворота: вот эта вот мелкая принеси-подай – и ходит в Лабиринте? Это про неё тут говорят столько? И фирма уже давно оформлена? Ну ладно, не давно, но всё же... И не такие чудеса бывают на белом свете, однако!
Мессенджер сайта знакомств мигал новым сообщением.
«Привет».
Юлька посмотрела его анкету – ничего особенного, обычный мужик.
«Ну привет, коли не шутишь»
«Какие шутки! Я знакомлюсь)))))»
Юлька вспомнила пошлый анекдот про «раздевайся, знакомиться будем» и фыркнула, ничего не отвечая в сообщениях.
«У меня вопрос», - снова мигнул мессенджер.
«М?»
«У тебя на фотке глаза настоящие или тоже дорисованные?». От этого вопроса её бросило в жар. Как он узнал?
«Почему ты думаешь, что всё ненастоящее?»
«Неживое всё. А глаза живые»
«Глаза настоящие»
«Красивые»
Вот тут Юлька зависла по-настоящему. Странный народ эти мужики! Показываешь как есть – не нравится, показываешь украшенное – не нравится... А что глаза красивые, она и сама знала, но комплимент был приятен.
Настолько просто было общаться с этим Денисом, что она и сама не заметила, как они перебрались сначала в соцсети с сайта знакомств, а потом он и вовсе позвонил ей. Из другого региона, да. И болтали они по телефону несколько часов – Юльке даже неловко стало: «Денис, а роуминг тебя не разорит?». На что он ответил, что это его проблемы.
Это было потрясающее время. Начало весны, когда ещё не мерзкая слякоть всюду, но уже тепло и одуряющее пахнет обновлением. Любимая работа, любимые люди, интересный собеседник. Юльке казалось, что ещё немного, - и крылья вырастут. Жизнь никак не могла не подкинуть гадость.