- Что ты здесь делаешь? – спросила она, останавливаясь. Напротив неё замер, привычно ухмыляясь краешком губ, Химера из Лабиринта.
- Пришёл тебе помочь, - небрежным тоном протянул он. – Но если не надо, я пойду…
- Ну уж нет, раз пришёл, так помогай, - Юлька цепко ухватила его за жилистое сильное запястье. Да, он мог не только с лёгкостью вырвать свою руку из Юлькиной, но и её руку – из неё… Но никогда ещё девушка не видела ничего плохого ни от него, ни от его стаи. И не боялась совершенно. Возможно, напрасно, кто знает.
- Беспокоишься…
- Мне не нравится неопределённость.
- Вот с этим могу помочь. Дело в Лабиринте и твоей работе.
- А что с этим не так?
- С этим – всё так, а вот злые языки некоторым я бы поукоротил.
- Поняла. Попробую подготовиться. Спасибо. – она разжала руку, но Химера ещё несколько секунд стоял и задумчиво рассматривал её, не уходил.
- Повзрослела… - в конце концов с некоторым удовлетворением произнёс он и размазался в воздухе серой тенью.
Проснулась Юлька не слишком отдохнувшей, но вполне спокойной и готовой к бою… То есть, к встрече со следователем. Оставалось собрать документы и подобрать костюм, который бы сделал из неё не самоуверенного подростка, а человека, который занимается своим делом на законном основании. Трудная задача.
И всё же она, пожалуй, справилась. В восемь пятьдесят пять, звонко отбивая ритм десятисантиметровыми каблуками, скрытыми прямыми брючинами, она предъявила дежурному повестку и паспорт. «Да, Николай Маркович на месте. В десятый кабинет пройдите, – немного сонно проговорил дежурный. – Это прямо по коридору и направо». И Юлька пошла, старательно отбивая всё тот же боевой ритм. По сути, сама себя поддерживая и подгоняя им, чтобы не трусить. Куда уж тут трусить, если вызвали! Вот, пришла, но вины за ней нет и быть не может! Перед чуть обшарпанной дверью с металлической десяткой она выдохнула, постучала и решительно потянула створку на себя: «Разрешите?». В небольшом кабинете с высоким потолком было светло, за широким столом сидел мужчина лет сорока. Чисто выбритый, в пиджаке, в рубашке и галстуке. Для довершения образа примерного интеллигента не хватало очков. Он поднял глаза на входящую девушку, вскользь мазнув взглядом по часам. Ровно девять утра. Юлька умела быть пунктуальной.
- Да, проходите, - он глянул в записную книжку, открытую на столе, чуть заметно поморщился. – Юлия Радомиловна?
- Это я, - покладисто сказала Юлька и протянула уже ему паспорт и повестку. – Могу я узнать, по какому поводу меня сюда… пригласили?
- Кхм. Можете, – мужчине явно не нравилось, что она нарушает какой-то его план разговора. Но это его проблемы, решила Юлька. – Мы получили письменное заявление о том, что в период с …шестого по …десятый годы занимались незаконной предпринимательской деятельностью, в результате которой незаконно же обогатились на значительную сумму, которую укрыли от налоговой службы.
- Ясно. Какой именно деятельностью я незаконно занималась, в заявлении указано?
- Указано, - голос следователя стал жёстким и немного давящим. – Вы занимались Лабиринтохождением, не имея на это разрешительных документов. – Он замолчал, ожидая, что девушка начнёт переживать, задавать вопросы, оправдываться, - поведёт себя так, как обычно ведут себя люди у следователя. Обычные люди. Не закалённые Лабиринтом. Не бывавшие на магической войне.
- Действительно. Разрешительных документов у Лабиринтоходцев в тот период времени не было и быть не могло, потому что учёт, регистрацию и выдачу удостоверений с подтверждением права заниматься практикой начали вести две недели назад. Моё удостоверение получено неделю назад, - с этими словами она положила на стол те самые корочки. – Тогда же мне было вручено предписание – задекларировать все доходы за указанный вами период времени, согласно договорам, заключённым с заказчиками, - она положила туда же вложенный в мультифору лист с печатным текстом и гербовой печатью.