Так. Вдох-выдох. Впереди несколько дней, надо сделать УЗИ и сдать анализы. Какие там надо? То есть, к врачу сходить сначала. И уже со всей этой информацией – к маме в выходные. Только проверенные данные, незачем её нервировать попусту. Дальше. Взять телефон, набрать в мессенджере несколько слов: «Юль, как насчёт пообедать?». Убрать телефон в сумку, потому что очень хочется написать Любимову об этом… Выпить кофе. А кофе не вреден? Очень захотелось побегать по комнате кругами от осознания собственной дурости. Или головой о стену побиться? Вместо этого пришлось дожёвывать нехитрый завтрак и идти открывать магазин. Мессенджер пискнул, принимая ответ от подруги: «В обед в кафе».
Чего стоило Альке дождаться обеденного перерыва, нетрудно представить. Она буквально заставила себя заняться чем-то монотонным, чтобы успокоиться. Например, опрыскать и протереть листья – чем не медитация?
В кафе она шла уже относительно спокойная. По крайней мере, не хотелось одновременно зарыдать и расхохотаться. Юлька, как обычно, пришедшая на несколько минут раньше, уже ждала её за столиком.
- Ну, привет, - заговорила она, видя нездоровый блеск Алькиных глаз. – Чем обрадуешь?
- Привет, щас, - выдохнула Алька и замерла, внимательно глядя на подругу. Та удивлённо подняла бровь, но промолчала. – Так я и думала! Ты беременна! – Выпалила, наконец, девушка и с видом человека, выполнившего свой долг, уселась-таки за столик.
- Эээ… - после некоторой паузы многозначительно произнесла Юлька.
- И я тоже, - добила её Арина.
- Я так понимаю, ты знаешь, о чём говоришь?
- Так я ж лекарь!
- Точно. И давно?
- Давно лекарь?
- Давно беременна.
- Недели три.
- С феста?
- Наверное…
- Ну, я – не наверное, - Юлька старательно считала что-то в календаре, потом кивнула собственным мыслям и календарь убрала. – Что-то я перестала за временем следить со всей этой кутерьмой…
- Я тоже перестала, - виновато вздохнула Алька.
- Так. Откуда виноватость? Ой, блиииин! – она стукнула себя ладонью по лбу. – Наверное – это ты про себя, да?
Алька мелко закивала, её глаза начали блестеть от непролитых ещё слёз.
- Отставить реветь! В чём проблема?
- Юль… Я не знаю, от кого беременна, - почти с ужасом прошептала девушка. По сроку может быть хоть тот, хоть другой. Как я до такого докатилась?!
- Как-как! Колёсиком! С кем не предохранялась, от того и…
- С обоими… предохранялась.
- И всё равно? Мда. Я тоже, вообще-то. Судьба, видимо. Делать что будешь?
- К врачу пойду. Завтра, наверное…
- Давай-ка пообедаем сейчас, а я поузнаю насчёт вечернего приёма сегодня? Ты до семи же? Ладно, сообщу, как что, - и Юлька решительно нажала кнопку вызова официанта, не дожидаясь согласия или возражений от подруги.
- Стыдно-то как… - продолжала корить себя Алька, уткнувшись лицом в ладони.
- Перед кем стыдно? – деловито поинтересовалась Юлька.
- Перед людьми…
- А мы не будем никому говорить.
- Перед Киром…
- И ему не скажем.
- Перед Георгием!
- И ему тоже не скажем.
- И перед Оли…
- А перед ним-то почему?
- Так он меня так искал, так ждал, а я…
- А ты первый раз за две тысячи лет, заметь, забеременела. Или ты должна тут монашкой жить? Он не отказывал себе ни в чём там!
- Откуда ты… Ты что-то знаешь?
- Да. Мне Амиэль сказал, но я ждала, когда Оли расскажет тебе сам. Теперь уже поздно об этом беспокоиться, видимо.
- О чём?
- Короче, оба брата там женились без нас. Чтобы род продолжить.
- На ком?
- На политически выгодных девицах.