Она протянула руку, Тень понятливо помог ей подняться с кресла, открыл перед женщиной дверь, выпуская из гостиной. И только когда она вышла, сказал Олитею: «Я не знаю, как ты будешь просить у неё прощения».
Инта же бродила по саду, пытаясь взять себя в руки. Выходило плохо. Она всегда была сильной, собранной, стойкой, даже нападки общества до брака с Амиэлем она выдержала с достоинством. Но то, что творилось в их семье в последнее время, совершенно выбивало её из колеи. Да ещё эти гормоны… придумалось же ей на старости лет рожать…
Впрочем, если подумать, этому никогда не время с их ненормальной жизнью. И всегда – самая пора. Иначе их семьи так и останутся без наследников, с такой-то кашей в головах у мальчиков… Ничего, уже немного осталось, скоро роды. Понять бы ещё, где они ошибку допустили, чтобы не повторить её снова.
***
Юлька сидела, привалившись спиной к дереву, и сосредоточенно жевала сорванную травинку. Особо, у неё и не было вариантов: на её колени уютно уложил голову Орес. Он лежал на земле, вытянувшись во весь свой немалый рост, и рассказывал девушке события прошедшего дня. Она автоматически теребила его волосы, а он жмурился от этой ласки, как довольный кот. Наконец, она провела пальцами по багровому кровоподтёку на его скуле:
- Отец запретил сводить?
- Запретил, - вздохнул мужчина. – Да я бы и сам не стал. Это напоминает о том, о чём нельзя забывать. Что ты думаешь об этом обо всём?
- Думаю, что сцена безобразнейшая вышла. И что матушка ваша права тысячу раз: нужно разговаривать. Обсуждать. Решать проблемы до того, как они станут неразрешимыми.
- Сложно это…
- Никто не обещал, что легко будет. Ты знаешь, что мы с Али только в этой жизни нормально поговорили? И поняли друг друга, наконец. Когда вы с Олитеем говорили по душам в последний раз?
- Ну… Давно. Не помню даже, - он помолчал какое-то время и выдохнул. – Не помню.
- И как ты собираешься решать это?
- Ты так спокойно о нём говоришь! Он хочет тебя убить! А я его.
- Я просто понимаю его, - на самом деле, девушки уже не раз обсудили эту ситуацию между собой, вынесли кучу предположений, сформулировали, что и как они будут говорить этим великовозрастным балбесам, чтобы они услышали и поняли. Но об этом им знать не обязательно. – Давай попробуем перевернуть ситуацию?
- Как это? – опешил мужчина.
- Представь, что всё было наоборот. Что это Али увела меня в другой мир и бросила, от чего я погибла, - Юлька говорила, а сама думала: не сильно далеко от правды, конечно, но не дай боги тебе в это поверить… - Что бы ты чувствовал, говорил и делал тогда?
- Я… - Орес на мгновение замер, потом сел и ответил, глядя Юльке в глаза, - убил бы!
- Так чем же, скажи на милость, отличается реакция Оли от твоей? - он промолчал, тогда девушка продолжила. – Только тем, что это – он и Али, а это – ты и я. Так? Своё всегда ближе. Тем более, мало кто воспринимал Али всерьёз. Не уверена, что и сейчас воспринимает. Кроме него самого и леди Инты.
- Как ты это делаешь?
- Милый, эти годы, все эти жизни, я училась. Думать, анализировать, понимать. Жить среди людей, быть одной из них. Общаться с ними. Знаешь, это даже интересно.
- Не понимаю… Не представляю даже. Как это – быть одним из… Таким же, как все…
- Ну, как все быть мне не удалось ни разу почти. Но хорошего в этом было мало, если честно. И хотела бы порой затаиться, да не спрятать огня в лесу.
- Я не знаю, как это – захотеть быть обычным. Знаешь… - Орес сидел, прислонившись спиной к тому же дереву, касаясь своим плечом её и глядя в пространство. - Я же всю жизнь кому-то что-то доказывал… Доказывал обществу, что имею право быть сыном лорда Д’Жайно, хоть и определённо им никогда не был, что имею право быть высшим лордом, как и все они, несмотря на то, что мой настоящий отец не только не женился на матушке, но и вовсе лордом не является… Ты же знаешь, насколько наше общество требовательно относится к чистоте крови. Я для них всегда был чем-то… не то чтобы грязным, но раздражающим.