– Думаешь, мне нравится смотреть, как тебя пытаются убить? – рычит он, его голос полон ярости. – Думаешь, я в восторге от того, что эта мразь пробралась в твой дом?
Он делает ударение на слове «твой», как будто это что-то значит.
Я складываю руки на груди и молча жду его объяснений, не собираясь уступать, не отрывая взгляда от голубых глаз мужчины.
Александр тяжело вздыхает и устало проводит ладонью по лицу, затем снова смотрит на меня.
– Это Богдан Горелов, – уверенно произносит мужчина и замолкает, словно не зная, стоит ли продолжать, – агент третьего уровня внешней разведки.
Услышанное меня не удивляет, лишь доказывает мои догадки.
– Мари, я не собираюсь с тобой препираться, на это нет времени. Пожалуйста, собирайся, – спокойно произносит он, глядя на меня с теплотой и тревогой.
Не говоря ни слова, я разворачиваюсь и иду в свою комнату. Захлопнув за собой дверь, я начинаю собираться, хотя и не представляю, куда мы собираемся ехать.
Через десять минут я была готова. Оделась и взяла своё оружие: пояс с ножами, сюрикены и пистолет.
Алекс сидит за рулём, напряжённо вглядываясь в дорогу. Машина мчится прочь от моего дома и, как мне кажется, от моей прежней жизни. В салоне повисла осязаемая тишина, которая раздражает меня вдобавок к тошноте. Я сжимаю кулаки, пытаясь успокоиться, сглатываю вязкую слюну и смотрю в лобовое стекло, краем глаза замечая настороженный взгляд Рикмана.
– Я работаю под прикрытием, – выпаливает он. Не новость, если честно. – Втираюсь в доверие к тем, кто крутится вокруг Рамиля. Понимаю, я должен был сказать тебе с самого начала…
Рамиль… Даже произносить его имя противно.
– Но, как обычно, ты решил поступить привычным для тебя способом, – высокомерно заключаю я, переводя на него недовольный взгляд.
– Служба внешней разведки начала расследование, потому что Рамиль по уши в дерьме. Торговля оружием, контрабанда… Возможно, и что-то похуже, – проигнорировав моё язвительное замечание, продолжил Алекс.
Я слушаю, не перебивая. Кажется, клубок начинает распутываться.
– А ты оказалась слишком близко к этому. Знала его. После того, как я ушёл из «Цербер», внешняя разведка решила, что ты стала близка с ним, а именно частью его тёмного мира.
– И ты в это поверил? – равнодушно сказала я, глядя прямо перед собой.
– Мой начальник решила, что ты – угроза. И отдала приказ тебя… устранить.
Слова падают в тишину, как ледяные осколки.
– Я отказался, – уверенно произносит он, сжимая руль до скрипа. – Но они решили прислать другого агента.
– Поэтому ты пришёл ко мне ночью? – с изумлением спрашиваю я. – Чтобы спасти меня? – усмехнулась я, поражаясь такой глупости. Спасти профессионального киллера от агента разведки. Абсурд!
– Да, – говорит он. – И, как оказалось, вовремя.
Молча перевожу взгляд с Рикмана на проносящиеся мимо деревья и дома в окне, удивляясь его самоуверенности.
***
Машина останавливается у неприметного здания. Серые стены, минимум окон, строгая охрана. Это не то место, куда пускают посторонних. Алекс выходит первым, я следом. Он кивает охране, и нас пропускают внутрь.
Здесь всё дышит властью и секретностью. Короткие коридоры, серые стены, минимум украшений. Кажется, что даже воздух здесь пропитан напряжением. Алекс ведёт меня к лифту, нажимает кнопку верхнего этажа.
Нас встречает она. Невысокая, стройная женщина с русыми волосами, собранными в аккуратный высокий пучок и холодным взглядом серых глаз. Она излучает уверенность и силу. Это руководитель операции Алекса. Та самая женщина, которая отдала приказ о моей ликвидации.
– Рикман, – произносит она ледяным тоном, – я ожидала от тебя большего.
Алекс молчит, смотрит ей прямо в глаза.
– Где Богдан? – спрашивает она непреклонным стальным голосом, переводя взгляд на документы в своих руках. – И почему она, – женщина показывает на меня карандашом, зажатым между пальцами, – здесь?